Алый Глаз Демона

Кровь в венах закипала, а мне все меньше удавалось контролировать собственное тело.

Помню, как ее клинок рассек воздух в опасной близости от лица, срезав прядь волос.

Далее я собой не владел.

Выставил ствол таким образом, что острие ее клинка проскользнуло в кольцо спускового крючка, оказавшись зажатым в тисках. Оставалось дернуть ружьем в сторону и вырвать меч из рук Трикс.

Казалось, я начинал рычать, потому как, ударив прикладом в живот, силы точно не пожалел. Несчастную Беллу откинуло к металлической стене, выбив весь дух.

Рык перерос в рев и, приставив ствол к ее груди, не ведая, что творю, я нажал на спуск.

Повисла тишина. Никто не двигался, пораженный случившимся. Лишь «Канопус» рассекал водную гладь, почти не порождая волн.

Глаза Трикс были неправдоподобно широко раскрыты. В них отражалась вся красота звездного неба, да так четко, что я мог видеть целые созвездия и галактики. Наверное, дело в моих обострившихся чувствах, что сейчас напоминали оголенные провода.

Только благодаря этому я услышал, как на палубу упал заряженный 12-миллиметровой дробью патрон.

Видимо, перед спуском мне хватило ума передернуть затвор и разрядить ружье, чтобы спасти Беллу.

Я продолжал смотреть на нее как зачарованный, пораженный не только ее необъяснимой красотой, но и поглотившей меня яростью, что едва не заставила вновь совершить убийство.

Восемь лет я держался, но взяв в руки оружие, сразу же пустил его в ход.

Как глупо. Но тогда я не увидел бы перед собой истинную Трикс – воинственную, яростную, беззащитную и прекрасную.

Должно быть, чувства успели вернуться к ней, потому как из глаз потекли слезы, но никакой истерики не было.

Она рукой отвела ствол в сторону, подобрала с палубы меч и ушла прочь.

Я остался стоять там, где едва не убил ее, не в силах произнести ни слова. На солдат и сержанта мне было плевать. Они увидели то, что увидели, и едва ли поняли, что сейчас произошло на самом деле.

6

Когда чувство реальности вернулось ко мне, первое, на что я обратил внимание, были не солдаты, опасливо взирающие на меня, а патрон в красной оболочке, что лежал на серой палубе, словно капля крови.

Прицепив ремень обратно к прикладу, я убрал ружье за спину и присел на корточки. Делал все медленно и плавно, находясь словно в тумане. Еще какое-то время смотрел на патрон, поражаясь, как такая незначительная вещица могла забрать чью-то жизнь.

Ничтожное уничтожает великое.