Истории о Призрачном замке. Тринадцать башен. Книга первая

Он не видел, как еще три хищника были зарублены всадниками в блестящих доспехах, не видел дождя эльфийских стрел, сметающих с гребня красно-зеленого холма обезумевших кочевников. А потом над гекатомбой стали возникать новые нити.

***

Гиоладаль с досадой швырнул изящный кубок на землю.

– Ты всегда была надменна. Не приписывай победу себе, мы все встретили Орду лицом к лицу. Кто был этот человек? Мы все вправе знать!

Королева ответила, ухмыльнувшись:

– Я бы приписала себе победу, вот только не могу этого сделать.

Побеждают обычно в битвах, а сегодня битвы не было. То, что я немного помахала мечом, а твои снайпера слегка поупражнялись в меткости, не значит, что мы сражались.

Мон-Домайн погрозил ей пальцем.

– Ты понимаешь, какой силой он обладает? И вы с ним говорили, все это видели. Что он тебе сказал?

– Я не знаю, какой он обладает силой, но я точно знаю, что мужества у него больше, чем у всех вас. Пока мы рубили волков, он делал свое дело, сидя с закрытыми глазами прямо в гуще сражения.

То, что он мне сказал, предназначалось для меня. Если вам охота с ним поболтать, загляните к нему в гости.

Виторо Бламель вздохнул и произнес:

– Что же ты за баба такая! Скажи хоть, как его зовут. Может, позовем его на празднование победы в Вакарре. Вдруг придет?

Зильда Мудрая засмеялась.

– А что, ты прав. Не знаю, как его настоящее имя, но думаю, что я, как королева, имею право присвоить ему титул.

Прикажите герольдам разослать весть:

«В последний день месяца Септия пройдут большие празднования, турнир и пляски по случаю победы над Ордой Восточной равнины. Празднования посвящаются Мастеру Нитей, герою битвы у Ворот Хаоса».

Глава 3

Черная Пантера

Белый песок летел прямо в глаза.

Поплотнее запахнув накидку, Гектор наклонил голову и полез на очередной бархан, спотыкаясь на каждом шагу. Курты, которые шли рядом с ним, будто плыли над песчаным морем, едва касаясь его кожаными мягкими сапогами.

Он же вяз в осыпающемся склоне, как лошадь в болоте. Чертыхнувшись, путник встал на четвереньки и пополз вперёд.

Только когда Хронвек добрался до вершины, он понял, что его мучения, похоже, близятся к концу. Все это время он думал на языке Куртана, и даже выругался точно так же, как это делали жители пустыни – помянув Даку Кад-Хадаре.