Дикий барин (сборник)

Наиболее подходящая атмосфера для двух моих мерзких сторожих – это угар танцевального клуба «Полет», где девушки подороже продают жизнь свою, а мама у окна волнуется – с милицией в этот раз или только в подъезде отметелят, а мама у соседей переночует, немигающе глядя на ковер с оленями?

Собаки-уголовницы знают, что их номинальный хозяин – я это, я – никому никуда не вперся капризно выгнутым рогом. Никто не будет на него покушаться в диких масках, через колючку, разрывным отравленным патроном, никто не ринется со штыком мне наперерез.

Настолько я всем необходим, что тратиться никто не подумает. Собаки эту ситуацию четко секут. Цинично подмигивают, наверное, у мисок. Мол, родная, неплохо мы тут? Спрашиваешь, милая! И этот, в бобровом пальто, – он как? Ну, как-как? При деле!

Но ритуалы соблюдать надо. Надо мчаться со всех лап, со всеми своими килограммами, радоваться мне – оптыть, увидели, а? а?! посмотри, а? а?! давай я теперь с этого бока! Надо валить меня в грязь, надо упираться мне в грудь (будем реалистами, кашемировую «Вейлер и сыновья») и облизывать мое красивое, сдержанное, немого ужаса лицо в два языка.

Люблю их теперь еще сильнее, сволочей закормленных.

Дядя Толик

У моей первой жены

, дай ей Божечка всяческого благополучия и мужа хорошего, есть дядя.

Обычный такой дядя, зовут которого, по счастливому произволу сильфид, Толик.

Дядя Толик – собственно, на этом повествование можно и заканчивать. Но я продолжу.

Он тут возьми и шутку выкини: чем-то закусил таким, и в больницу его отвезли, потому как врачам тоже интересно стало, а чего это дядя Анатолий стал закусывать? с какой стати? и нет ли в этом признаков Толикиной психической болезни? Дядя одинок (вы потом, возможно, поймете, почему я педалирую это обстоятельство).

И зажиточен, хотя очень сильно пьющ.

А это я к чему?..

А. Вот.

Сижу вечером над клавирами. Звонок первой жены. Эти звонки я люблю так, как можно любить, например, фильмы В.

Аллена, то есть непонятно за что, и непонятно, кто все эти люди, но так принято. Вдобавок первая жена за меня волнуется. Одно время сватала мне свою двоюродную сестру, которая оказалась кредитной мошенницей, потом рекомендовала дизайнера Сорокоумову, потом однажды слабым голосом сказала, что у нее рак груди, и три минуты молча ждала от меня сочувствия. И все в таком духе. Поженились молодыми, по взаимному томлению, так что удивляться нечему.