Мягкие роды. Как сделать их праздником

Именно так работают установки в нашей голове, которых много, в том числе относительно родов.

И все-таки я сделала это. Сегодня я горжусь, что стала той, на кого хотела быть похожа в детстве. Я выбрала профессию, которая является фундаментом и истоком. Почему? Потому, что нет никаких причин, чтобы не делать мир чуточку лучше.

Если это смогла я, значит сможешь и ты.

Что для меня акушерство?

Для меня акушерство – это целая идеология.

Помню, во время своей первой беременности я посмотрела фильм про роды в Новой Гвинее – о том, как папуасы рожают.

Вот женщина, пока что беременная, явно со схватками, сидит голой попой на земле. К ней подходит старшая соплеменница (мать или акушерка, не знаю), трогает живот, хлопает по голове и… уходит. Еще похлопала так, знаете: «Рожаешь? Ну-ну, рожай». Больше в фильме она не появляется. Женщина в какой-то момент рожает, вытирает новорожденного свежесорванными листьями, а диктор за кадром комментирует, что «она обращается с ребенком вполне буднично». Да не то слово!

Ну ладно, подумала 18-летняя я.

И родила. Не в поле, конечно, – с мужем в маленьком роддоме.

Потом я стала изучать литературу и ездить на профессиональные конференции. Подоспел мой любимый автор Мишель Оден с рассказами о клинике в Питивье и идеями, что хорошая акушерка умеет не мешать рожать и вообще «сидит на своих руках».

Как, подумала я? А зачем она тогда нужна? А как же все это профессиональное скандирование «давайдавайдавайтужься»? У меня не сходился дебет с кредитом: почему им можно рожать естественно, папуасам тоже можно, а нам, средне цивилизованным людям, – нет?

Я же не так много прошу, просто хочу родить, а не чтобы меня родоразрешали!

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сделать то, что делали женщины много тысяч лет до меня.

Этот физиологический процесс оттачивался миллионы лет эволюции в конце концов.

А потом мне открылся чудесный мир Midwife с их уникальной чуткостью, индивидуальным, а не унифицированным подходом, а еще невероятно широким взглядом на понятие нормы.

И меня засосало…

Мы пристегнем тебя к батарее, и ты будешь жить с нами

Обычно так мне говорят на консультации по грудному вскармливанию. А все потому, что я беру ребенка на руки, он засыпает. Я делаю массаж животика, и боль стихает. Более того, когда меня вызывают по запросу «не берет грудь», я иногда думаю о том, что я вот предложу ребенку свою – возьмет же. Но делать это я, конечно же, не буду.