Черные пятна на белом халате. Дневник стоматолога

Я приехал, – сонным голосом ответил я.

– Я так рада, что ты вернулся, – теперь мы все будем вместе.

Моя младшая сестра была невероятно чувственным и все понимающим ребенком для своих шести лет: она всегда была нежной и милой и всегда чувствовала, когда человеку нужна была поддержка, – мало кто в таком возрасте думал о таких вещах; обычные дети копались в песочнице, играли в игрушки, но она была особенной.

– Слушай, Мила, я тоже очень рад, но мне уже надо бежать устраиваться на работу, а после мы с тобой еще увидимся.

– Конечно, увидимся, я буду очень ждать. – Убежала она обратно.

В кабинете главного врача я просидел в ожидании около часа. В это время я задумался, а надо ли мне все это: работа шесть дней в неделю, поселок, в котором нет человека, с которым можно просто поговорить по общим интересам; стоматология, которая требует много усердной работы, – в общем, начинать всю эту рутинную жизнь, когда каждый новый день похож на предыдущий, в свои двадцать два года, когда полон энтузиазма и желанием путешествовать, посещать страны, увидеть воочию все самые прекрасные и великие сооружения природы, а также человечества, ведь столько необычных и незабываемых красот мои глаза еще не видели, столько горячих песков не грело стопы моих ног, столько необъяснимых и загадочных явлений природы не будоражило мой ум, столько интересных звуков…

Вдруг хлопает дверь – и это был не тот звук, который я хотел услышать, – тем самым останавливая мои мечтания о далеких далях и возвращая меня в комнату.

Он вошел, шаг его был медленным и тяжелым – мужчина в белом длинном халате, около шестидесяти – семидесяти лет, с густыми седыми усами, с глубоко посаженными, уставшими глазами, которые скрывались за очками. Войдя и не сказав ни слова, он сел в свое кресло, нашел на своем большом столе папку с моими документами, которую я, зайдя в кабинет, оставил на столе, вытащил оттуда временный лист аккредитации (это документ, который говорит о том, что врач прошел специализацию и готов к работе), который выглядел немного помятым, и сказал:

– И ты с этой растрепанной бумагой хочешь устроиться на работу? Этот лист характеризует твое отношение к делу, а судя по нему, ты относишься к делу халатно.

В кабинете повисла тишина; его твердый и пронзительный взгляд застыл на мне, очки были приспущены так, что из-под них были видны серые томные глаза, и от этого взгляд его казался еще тверже – было ощущение, будто его зрачки испускают огненный луч, который прожигает на мне дыру.