Молочная даль

Горожане дивились все больше и больше, совсем не понимая, отчего матерого пастуха окутал страх перед, казалось бы, привычным для его взора животным. И только Петр Андреевич, как и сам пастух осознали совсем малоприятный факт – этот бык не принадлежал городскому коровнику. Таких быков вообще не могло существовать.

«Это зверь самого Дьявола – сообщил пекарь пастуху одним лишь взглядом»

Петр Андреевич еще раз взглянул на свой страх воплоти. Зверь черен, как смерть и огромен как гора.

Гора, высеченная в адском огне, а изо рта и носа стекают слюни. Лишь на мгновенье глаза чудовища обратили свой взор на старого пекаря. В этот момент старик уже не понимал, где он находится. Холодный пот стекал с него ручьем. Штаны промокли от его мочи насквозь. Да, старый пекарь обмочился прямо посреди своей пекарни, совсем как когда-то это сделал Скрябин. Однако и сама пекарня начала казаться чужой, а знакомые пейзажи стали сливаться в нечто темное и холодное. Невидимые стены начали сжиматься вокруг пекаря все сильнее.

В ту секунду, должно быть, никто так и не увидел всего того, что произошло на самом деле. Резкий выпад копытом был настолько стремительным и быстрым, что разглядеть его человеческим глазом казалось невозможным. Чугунный кусок от боковой печи напротив старика отлетел, словно стрела, оттянутая тетивой до своего предела. Мгновением позже этот кусок пробил огромную дыру в самом центре лавки. Подпирающие крышу деревянные балки начали обрушиваться на землю, а вся утварь полетела вниз, прямиком на старого пекаря.

Старик почувствовал, как его резко прижало к полу. Его губы вдруг ощутили горький вкус чего-то горького и теплого. Это был вкус его собственной крови.

Следующий выпад зверя пришелся еще на одну балку. На вид она была более чем прочной, но для такого разъяренного монстра не было ничего, что могло бы остановить его ярость. Треск и звон слышались отовсюду, но старый пекарь и вовсе не обращал на них внимания.

К тому моменту пекарь окончательно сошел с ума.

Петр Андреевич уже не смотрел на обезумившего монстра, хотя тот подошел уже совсем близко и дышал ему горячим паром из своих огромных ноздрей прямо в рот, а слюна быка стекала по щекам пекаря мерзкой слизью. Последних сил Шилову хватило на то, чтобы сомкнуть руку на рукояти ножа и протолкнуть ее еще глубже. Бык совсем не сопротивлялся.