Пропала собака. История одной любви

Я выхожу на традиционную семиминутную прогулку за кофеином: от нашей задней двери на Тредголд-стрит к северу, вокруг кенсингтонского спортцентра, мимо приемной хирурга и через Уолмер-роуд – на кратчайший путь, который отделяет кварталы муниципального жилья из красного кирпича 1930-х годов от тех, что построены в шестидесятые. Это настоящий крысиный лаз, узкий и темный, но Вулфи нравится. Здесь, на тридцатиметровой улочке, он чаще втягивает воздух и оставляет метки. Я читала, что в таких случаях нужно дергать за поводок, заставляя собаку идти вперед, но маленькая полоса пешеходного асфальта, усеянная собачьим дерьмом, доставляет Вулфи такое удовольствие, что мне не хватает выдержки во всем следовать советам Барбары Вудхауз[20 - Барбара Вудхауз (1910–1988) – известная дрессировщица собак и лошадей, автор популярных книг по собаководству.

]. Пусть повеселится.

Тем не менее я решила, что на этот раз мы не пойдем, а поедем, потому что со всеми важными собачьими делами и приседаниями, чтобы подобрать утреннее дерьмо, пока дойдем до «Кофи Плант», я захочу уже не кофе, а обед.

Наутро и мои волосы, и собачья шерсть после сна торчат в разные стороны. Мы выезжаем на моей старой «мини». Пес сидит рядом на потертом кожаном сиденье, сосредоточенно и прямо. Мохнатая морда попеременно смотрит то прямо вперед, то налево в окно, то направо на меня; Вулфи – мой второй пилот, прямо как Чубакка на «Тысячелетнем Соколе».

Газетный киоск, кофе, прогулка – в таком порядке.

Я паркую машину на степенных старинных белых улицах Кенсингтона недалеко от дворца. Мы делаем полный круг по Кенсингтонским садам и Гайд-парку.

Возвращаясь к машине, замечаю «Кенсингтон Вайн Румс» – пятьдесят сортов вин по бокалам. Пожалуй, возьму один, а к нему – зеленый салат и мясную нарезку.

Осторожно просовываю голову в дверь.

– Вы не против собак?

– Мы любим собак, – отвечает официант-ирландец, протирая бокалы за стойкой.

Есть же правило – не пить в одиночку, верно? Пить наедине с собой в обеденное время – прямой путь к алкоголизму.

Если, конечно, вам нечего праздновать, а у меня повод есть. У меня теперь собака. И я в «отпуске по уходу за питомцем».

«Отпуск», наверное, дурацкая затея. Фрилансеру никто не платит, если он не работает. За все тридцать лет трудовой жизни я наслаждалась максимум шестьюдесятью днями оплачиваемого отдыха. Но эти самовольные каникулы просто изумительны.