Сорванец

Папа, можно мне еще кусок ананаса?

– Да, да, да… А потом ты заболеешь от переедания!.. Элизабет, дорогая моя, не оставляй ты, Христа ради, его за столом во время десерта! Право, при нем невозможно ни говорить, ни слушать!

– Хорош мальчишка! – пробормотал доктор Грейсон, глядя на толстощекого сына сэра Джеймса Денби, в котором мать души не чаяла.

Доктор взглянул на свою дочь Элен, спокойно сидевшую по другую сторону стола, и подмигнул ей так уморительно, что та отвернулась, чтобы не рассмеяться, и заговорила с леди Денби о делах церковного прихода и о нуждах работного дома.

Этим вечером доктор Грейсон с большой неохотой обедал со своей дочерью у местного судьи – баронета Денби. Он предпочел бы остаться дома, но Элен, с самого детства заведовавшая делами доктора, сочла невежливым отклонить приглашение соседа.

– Прекрасно, мистер Грейсон, – говорил сэр Джеймс, – вы остаетесь при своем мнении, а я – при своем.

– Да, – кивнул доктор. – Через пару лет я издам книгу, в которой изложу результаты своих исследований по этому вопросу.

– О, в этом мы с вами согласны, доктор! – заметила леди Денби. – Надеюсь, Эдгар, теперь ты наконец сыт?

– Папа, можно мне полрюмки мадеры?

– Ведь тебе уже дали!

– Очень мало: эта рюмка из толстого стекла!

– Ради Бога, Элизабет, дай ему еще вина, чтобы он наконец замолчал! – крикнул сэр Джеймс. – Мы обсуждаем с доктором важный философский вопрос.

– Совсем капельку. И больше не проси, друг мой…

Чадолюбивая мамаша принялась наливать вино, но маленький шалун толкнул графин, и рюмка сразу наполнилась до краев.

– Стыдно, Эдди! – заметила леди Денби. – Что подумает о тебе мисс Грейсон?

– А мне все равно!

Мальчик отхлебнул вина и схватил с блюда большой кусок ананаса.

Доктор опять взглянул на дочь, но Элен отвела глаза.

– Так вот, – повторил доктор, – я утверждаю, что мальчики все на один лад, чьи бы они ни были. Они – как мягкая глина, из которой можно лепить что угодно.

– Ну, из простолюдина нельзя вырастить джентльмена, – возразил сэр Джеймс. – Если мальчик не дворянской крови, вам не удастся переделать его.

– А я утверждаю, сэр, что все зависит от воспитания, – настаивал доктор. – И что можно сделать из сына прачки джентльмена, и наоборот.

– И вы собираетесь рассказать об этом в вашей книге, доктор?

– Да, сэр, я изложу в ней все это подробно. И докажу, что я прав.