Художница проклятий

– Мне казалось, ты у нас тут отвечаешь за обаяние, – обронил Нат и тут же уклонился от кулака, которым Арчер на него замахнулся.

Брайер замерла на границе света фонаря и тени от деревьев.

– Я уже и так нахожусь по ту сторону закона. Я не могу себе позволить еще и связаться с кучкой преступников. Если только вы не собираетесь держать меня здесь против моей воли?

Лью напрягся от такого намека, и Арчер успокаивающе поднял руку в сторону девушки, словно она была пугливым лесным зверьком. Он знал, на что она была способна, когда ей угрожают.

– Конечно, нет, но если ты хочешь уйти, то почему бы не сделать это на полный желудок и тогда, когда будет светло.

– Будет не просто вернуться в деревню в темноте, – сказал Нат. – Я подвернул ногу, когда попробовал.

Лью хмыкнул.

– Это потому что ты увалень.

– Точно, но он хотя бы крепкий увалень, – сказал Арчер, сделав осторожный шаг к художнице проклятий. – Может, ты хотя бы нас выслушаешь?

Брайер замерла в нерешительности. В ее глазах отражался свет фонаря.

Арчер боялся, что девушка уйдет в темноту и исчезнет навсегда, но она опустила взгляд на высохшую и теперь уже абсолютно бесполезною краску, размазанную по ее ладоням и одежде. Плечи девушки понуро опустились.

– Не думаю, что мне будут рады в деревне.

– В таком случае, решено, – сказал Арчер. – Ты поешь горячего и выслушаешь наш план, и если тебе не понравится работа, то можешь идти куда хочешь. Я даже отдам тебе своего коня, когда наступит утро.

Брайер кивнула, и Арчер почувствовал, как его накрывает на удивление сильная волна облегчения.

Широким галантным жестом он указал на стелющуюся впереди тропинку.

– После вас!

Четверка зашагала дальше в лес, полагаясь на свет фонаря Лью, чтобы не споткнуться о корни деревьев, выступающие то тут, то там. Под их ногами трещали ветки, и внезапно раздавшийся шорох из кустов говорил о том, что путники спугнули оленя. Украденный конь презрительно фыркнул. В скором времени они добрались до самой чащи, где росли кусты ежевики, которые были выше человеческого роста.

Два платановых дерева сплелись вместе, образуя пугающий занавес.

Нат заторопился вперед, чтобы отодвинуть в сторону ветви, служившие дверью, и открыть туннель, ведущий прямиком в заросли колючих кустарников.

– Добро пожаловать домой, – сказал мальчик художнице проклятий, пытаясь сделать галантный приглашающий жест, который выглядел подозрительно похожим на манерность Арчера.