Комментарии к поэмам А. С. Пушкина «Руслан и Людмила», «Полтава» и «Медный всадник»

О Гименее сохранилось предание, что он был изначально не богом, а бедным афинским юношей, влюбленным в богатую и красивую девушку. Родители девушки мешали их встречам. При определенных обстоятельствах Гименей был обожествлен [Википедия. Гименей].

Так иногда средь нашей сцены / Плохой питомец Мельпомены… – Артист-трагик, «питомец» богини театральных трагедий.

ПЕСНЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Поэзии чудесный гений, / Певец таинственных видений, / Любви, мечтаний и чертей, / Могил и рая верный житель, / И музы ветреной моей / Наперсник, пестун и хранитель! / Прости мне, северный Орфей, / Что в повести моей забавной / Теперь вослед тебе лечу / И лиру музы своенравной / Во лжи прелестной обличу.

Северный Орфей – поэт В. А. Жуковский, поясняет А. С. Пушкин (П.) в примечании к поэме и пишет: «Далее излагается, а затем пародируется сюжет его поэмы «Двенадцать спящих дев» (А. С. Пушкин, прим 4). Один из соперников Руслана, хазарский хан Ратмир встречает на своем пути «дом свиданий», в котором П. поселил героинь поэмы Жуковского «Двенадцать спящих дев».

У В. Жуковского они были «невинными девами», впавшими в очарованный сон, у П. они стали красавицами, очаровывающими хана Ратмира (журнал «Чайка»).

Я не Омер: в стихах высоких / Он может воспевать один / Обеды греческих дружин, / И звон, и пену чаш глубоких, / Милее, по следам Парни, / Мне славить лирою небрежной / И наготу в ночной тени, / И поцелуй любови нежной!

Омер – поэт Гомер. Э. Парни – французский представитель эротической поэзии, воспевающей любовь и чувственные наслаждения.

ПЕСНЬ ПЯТАЯ

Скажите: можно ли сравнить / Её с Дельфирою суровой? / Одной судьба послала в дар / Обворожать сердца и взоры; / Её улыбка, разговоры / Во мне любви рождают жар. / А та – под юбкою гусар, / Лишь дайте ей усы да шпоры! – Дельфира в русской поэзии – пастушка, героиня одноименной эклоги А. Сумарокова, условно-поэтическое имя возлюбленной. В стихотворении «Элегия» 1816 г. П. упоминает Дельфиру, Вакха и юных прелестниц в качестве тех, кого он был готов воспеть в стихах.

В Википедии содержится убедительная версия, согласно которой в «Руслане и Людмиле» П. обозначил в словах о суровой Дельфире внешне некрасивую женщину, Екатерину Марковну Ивелич. Она «во время послелицейского пребывания А. С. Пушкина в Петербурге… жила по соседству с поэтом». Она отличалась мужскими манерами поведения, грубостью речи, привычкой курить. Бартенев со слов С. А. Соболевского, сообщает, что «Ивелич передавала матери А. С.