Когда жара невыносима

Но ведь не скажешь Мерри, что…

– Ты к нему явно неравнодушна, – заключила подруга.

Элли терпеть не могла, когда кто-то читал ее мысли и вдобавок озвучивал.

– Ничего подобного. Просто все это так неожиданно. И если бы я даже…

– Кого ты обманываешь?

– Он слишком красивый, слишком сексуальный, у него отвратительная работа, и через два дня он исчезнет из моей жизни.

– Да, но он и впрямь шикарен. Я как раз читаю про него в Интернете.

– Чем ты занимаешься? Перестань сейчас же и сконцентрируйся!

Эта фраза была обращена не столько к Мерри, сколько к ней самой.

– По-твоему, мне больше заняться нечем, кроме как мечтать о нем? И вообще, у меня не очень-то складываются отношения с противоположным полом.

– Ну да. Ты боишься подарить им свое сердце и получить его обратно, разбитое и изувеченное?

Цитата из монолога самой Элли. Та скорчила гримасу.

– В яблочко! И редкостная красота им не поможет! Мне уже хватило общения с отцом и бывшим, не хочу, чтобы история повторилась.

– И все-таки она повторится. Как думаешь, почему?

– Потому что меня к нему тянет! – выпалила Элли. – Закон подлости какой-то. Все мужчины, которых я нахожу потрясающими, разрушают мою жизнь!

Подруга молчала, и Элли заговорила снова:

– Ты тоже так думаешь?

– Нет, – рассмеялась Мерри, – в данном случае молчание не знак согласия. Я просто в шоке от твоей глупости. Всякий раз, как тебе попадается красавец мужчина, ты бежишь как от огня. Верно?

– Ты меня раскусила, – буркнула Элли.

– Но что ты будешь делать, столкнувшись с таким мужчиной в пределах собственного небольшого домика?

Услышав в трубке истерический гогот, Элли отключила телефон. Да уж, с такими подругами…

Возвращаясь в гостевую комнату с полотенцами в одной руке и бутылкой пива в другой, Элли услышала громкий стон и заглянула в щелочку. Джек, странно бледный, сидел на кровати и пытался расстегнуть воротник рубашки, холодный пот покрывал его лицо.

Ворвавшись, Элли бросила полотенца на кровать, протянула ему пиво и выдохнула:

– Ты в порядке?

Джек сделал большой глоток и прижался щекой к холодному стеклу бутылки.

– Ну да, а что?

– Я видела, с каким трудом ты тащил рюкзак. Всю дорогу морщился. Еле-еле поднялся по лестнице. А сейчас сидишь на кровати весь бледный, руки трясутся.

Джек почесал шею.

– Да, пожалуй, меня немного помяли, – признался он наконец.

– Что? Как это – помяли?

– Слегка. Жить буду.