Нехай С.В. Лисица, что живёт внутри меня

Стоит ли говорить о том, как сильно влетело Анабель за проделки, которые она не совершала? Хорошенько отхлестав девчушку деревянной линейкой, мадам Прайс заперла её в тёмной кладовой на 3 дня без еды.

– Хорошенько подумай о том, что ты сделала! – посоветовала мучительница. – И о том, как будешь ходить в такие морозы без пальто! – бросила она, задвинув засов на двери. Всё время вне воли Анабель пролежала на рваном матрасе, который положили ей в качестве постели. Она не плакала и не билась в закрытые двери, умоляя её отпустить.

Она приняла случившуюся несправедливость и просто ждала, когда всё это закончится. Она думала о мальчишке, о мёртвом лисёнке и о злосчастных кустах. Она думала об этом так много, что произошедшее стало казаться ей, ничем иным, как плодом её собственного воображения.

Первое время, после освобождения из чулана, показалось Анабель хуже пытки. Она и прежде была белой вороной, но теперь эта самая ворона надела сапожки едко – малинового цвета. А что может быть привлекательнее для осуждающих глаз, чем нелепая птица альбинос в ужасных ярких сапогах? Косые взгляды и ехидные ухмылки были повсюду.

Анабель не могла отделаться от них даже во время молитвы в часовне. И в тот момент, когда девчушка решила, что больше не в силах нести бремя изгоя – её удочерили.

Случилось это в одно холодное утро. Мадам Мэдисон Прайс, вошла в комнату ещё спавших девочек и необычайно сладким голосом пропела: – Доброе утро, маленькие леди! Поднимайтесь из своих кроватей, умывайтесь, причёсывайтесь и надевайте свои лучшие платья.

Сегодня важный день для всех нас! – слова директрисы были встречены недоумевающим молчанием, которое вывело женщину из равновесия:

– Пошевеливайтесь! – заорала она. Услышав привычную медь, девчушки повыпрыгивали из своих кроватей и, толкаясь локтями, принялись выполнять указания жестокой руководительницы. В полдень, на пороге приюта появилась пожилая дама, разодетая в меха и драгоценности.

Её седые волосы были уложены в аккуратную причёску, поверх которой красовалась небольшая шляпка изумрудного цвета.

– Госпожа Редмунд! – воскликнула мадам Прайс. – Добро пожаловать в нашу скромную обитель! – Лебезя перед женщиной, пропела она. Надеюсь, дорога Вас не слишком утомила?

– Я ещё не так стара, чтобы получасовые расстояния меня утомляли! – сухо ответила Госпожа.

– Вы абсолютно правы! – с натянутой улыбкой подхватила мадам Прайс.