Дом у кладбища

Деврё питал слабость к сатире, даже к фарсу, и потому забывал обо всем, смакуя сетования этой неряшливой старой толстухи.

– Капитан, золотко, что мне делать? – Миссис Айронз влетела в комнату с пылающим лицом, жестикулируя правой рукой, а в левой сжимая краешек передника, которым только что утирала распухшие глаза. – Снова он утащился к Айленд-Бридж, бесстыдный мошенник. Ясное дело – всё из-за той грязной девки. Пусть не думает, что меня так легко обдурить, уж я умею все разложить по полочкам.

А до тебя, Мэг Партлет, потаскушка ты эдакая, я еще доберусь…

За истерическими выкриками последовали новые потоки слез, и миссис Айронз принялась размахивать толстым красным кулаком перед представившимся ее воображению хорошеньким носиком Мэг.

– Нет-нет, мадам, – отозвался насмешник, – умоляю вас, не проливайте слезы; вспомните, вы ведь читали: подобное случалось ранее в Риме, в Саламанке, в Баллипорине, в Венеции и в полусотне других знаменитых городов.

Во время подобных разговоров Деврё всегда казалось, что они с квартирохозяйкой, импровизируя на ходу, разыгрывают бурлеск: она – крымско-татарская царица, он – придворный архиепископ. Капитан перешел бы на стихи, если бы не опасался спугнуть этим собеседницу.

– Ну и что мне от этого проку? И я вам то же самое скажу: они всюду, во всем мире одинаковы – скоты, да и только.

– Но подумайте, мадам, ваш супруг всего лишь отправился к реке и взял с собой удочку…

– Как же, удочку! Знаю я, что он собрался удить, бесстыдник.

– Но послушайте, мадам, – не унимался капитан, – вы в корне не правы. После двадцати лет брака вы обнаруживаете, что супруг ваш – мужчина, и гневаетесь из-за этого. Но кем же, по-вашему, он должен быть?

– Все вы твердите одно и то же, – отчаянно рыдала миссис Айронз, – правды ни от кого не дождешься, никто не пожалеет, не поддержит бедную обманутую женщину.

Ладно же, справлюсь сама. Пойду-ка я к его преподобию – только молчите, не отговаривайте – Хью Уолсингему, доктору богословия, пастору чейплизодского прихода. – Миссис Айронз привыкла, грозя вмешательством священника, именовать последнего полным титулом – для вящего устрашения Зикиела Айронза. – Я пойду к нему прямо сейчас – и не вздумайте меня удерживать, – посмотрим, что он скажет. – И миссис Айронз направилась к двери.