Заговоры таежной целительницы для тех, кто попал в беду

Велела бабушка те заговоры, которым обучала, больше в роду нашем не использовать, потому что капитал наша семья за много лет уже такой нажила и так преумножила, что пора бы и остановиться. И впредь мне и потомкам моим наказала бабушка Агафья помогать с помощью «золотых слов» людям сторонним – всем, кто ни попросит помощи, всем страждущим да обиженным, и в первую голову таким, на кого лиходеи навели сглаз или порчу.

Только так, сказала мне бабушка, можно снять родовое проклятье. Говорила она, правда, путано, – да и немудрено, на смертном-то одре.

Помнится, упоминала какую-то подругу еще по гимназии, которой в чем-то отказала. Вот тогда-то и дала я бабушке Агафье слово, что волю ее исполню.

Потом я уж по рассказам отца да каким-то письмам догадалась, что была ссора. Проведали люди, попавшие в беду, о трапезниковской тайне – да и трудно было, живя в одном и том же городе, ничего не знать о родовом нашем везении. Попросили бабушку, тогда еще молодку, помочь, а она отказала – не принято было в роду делиться нажитым, слово заговорное берегли, верили, что нельзя его абы кому доверять, от того оно потускнеть может, как золотая монетка, если ее из рук в руки передавать.

Вот деньгами бабушка готова была помочь, да только у той подруги, что помощи просила, беда была такая, что никакими миллионами не поможешь, сердечная беда или, может, порча.

Слушая слабый голос бабушки Агафьи, я так тогда толком ничего у нее и не выведала – лишь дала обещание исполнить ее последнюю волю, поклялась чем только можно, что золотые слова нашего рода, столетиями накопленные, людям раздавать, себе же ничего не брать.

От того достатку в семье не убудет, сказала бабушка, а справедливость велит долги платить – непременно помогать людям. Везение же Трапезниковых не оставит.

Всю жизнь я твердо держала слово и только одинединственный раз нарушила свое обещание. На свадьбу старшей дочери не удержалась – заговорила свою кровиночку от сглаза и порчи, по всем правилам, самым действенным заговором.

Да и у какой матери сердце бы не дрогнуло на моем-то месте! А только вышло не помоему, а ровно как бабушка Агафья перед смертью предвещала: стоило мне об своих же постараться, как вышла из этого беда.

Жизнь у дочки в том браке не сложилась, много несчастий на ее долю выпало. С мужем неладно жили, запил он; она хворями маялась, двух детей потеряла – первого выкидышем, второго во младенчестве. Третий только выжил да вырос крепкий и здоровый. И овдовела дочка.