Чистка. Часть вторая

начальника УНКВД Крестьянкина, СПО НКВД Бузулукова и начальника кадров Тухамовича, второго секретаря Голюдова. Последний был арестован 24 июня и дал показания на первого секретаря Акулинушкина, арестованного персека Восточно-Сибирского крайкома Разумова, на главного государственного арбитра СССР Ф. Голощекина, а также на их сговор с Бухариным и Рыковым. Голюдов прямо свидетельствовал, что Рыков и Бухарин называли ему лидера правотроцкистской организации Павла Постышева.

Первого секретаря крайкома Павла Акулинушкина арестовали 9 июля, против него набралось достаточно показаний, хотя сам он в течение месяца отказался сотрудничать со следствием.

11 июля в центральной газете «Правда» появится статья собкора Петра Синцова, в которой было сказано:

«После августовского процесса над троцкистско-зиновьевской бандой массы партийных и непартийных большевиков Красноярского края поднялись на решительную борьбу с врагами народа. А руководители крайкома, как ни странно, всячески усыпляли революционную бдительность партийных организаций.

Такая линия крайкома особенно наглядно сказалась в деле Субботина, бывшего начальника Красмашстроя.…Руководители крайкома явно покрывают врагов… На место разоблачённых врагов руководители крайкома, как правило, посылает новых врагов… Все эти факты говорят о том, что руководители Красноярского крайкома сошли с партийных рельсов и потому не пользуются в партийной организации доверием».[26 - «Дела Красноярского крайкома». Газета «Правда», 11.07. 1937г.]

Во многом именно настойчивость корреспондента «Правды» привела к вскрытию этой преступной группы. Выяснилось, что руководители крайкома с самого начала были настроены против политики Сталина, поощряли кулацкие восстания против политики коллективизации. После этого Журавлев вместе с арестованными и их показаниями выехал в столицу, где его принял новый глава IV (Секретно-политического) отдела ГУГБ НКВД Михаил Литвин.[27 - Тайны архивов: вырванные страницы. Дугин А. Н. Стр.

122] Тут и начинается затирание важных деталей следствия.

Литвин поставил под сомнение собранные показания на Голощекина и Постышева, обвинил Журавлева в подтасовке показаний, нарушении методов следствия и отстранил его от ведения следствия. Журавлев настаивал на своей правоте и достоверности своих показаний. Эти показания арестованных не были приняты во внимание и они отказались от них. ЦК тогда так и не узнало о материалах против Голощекина и Постышева.