Вместе с тобой

Он разочарован, но это не хуже ненависти Лизи.

– Соберись, бой через пару часов.

С этими словами, он выходит за дверь, оставляя меня в оглушающей тишине, нависающей грозовыми тучами. Она намного хуже гула толпы. На этот раз не прирастаю к полу, вылетаю следом.

– Куда ты?

– Заткнись, Картер. От тебя только требуется быть вовремя.

– Подожди меня!

– Даже не думай, что поедешь со мной.

Силуэт Люка скрывается за дверями лифта.

Практически долетаю до телефона и трясущимися пальцами набираю его номер, но получаю сброшенный вызов.

Следующий в списке – номер Лизи, но набрав его, получаю перенаправление на голосовую почту, где её голос говорит: «Алло? Алло? Шучу, это Лизи, оставьте своё сообщение после того, как эта штука сделает…», сразу после слов, раздаётся протяжный сигнал, говорящий о том, что можно оставить сообщение. Я не буду оставлять ей сообщения с просьбами вернуться или мольбой простить, я в состоянии посмотреть в её глаза и сделать это лично. Сбрасываю вызов и набираю номер Алекс, но тут же отклоняю звонок. Она позвонила бы сразу и прокляла всеми возможными способами. Никто из друзей не позвонил. Она не поехала к ним. И на этот раз, я уверен, что Лизи не поехала к Дину. Она где-то одна.

Мобильник начинает вибрировать, когда вижу имя, стараюсь выровнять голос и ругаюсь под нос:

– Черт!

Я не успел сбросить вызов, оставив оповещение, и тем самым, сейчас могу похоронить себя заживо.

– Да? – спокойно спрашиваю, и один вопрос даётся диким трудом.

– Ты сам звонил, – говорит Алекс.

– Случайно, – тут же отклоняю вызов и закрываю глаза, сжимая мобильник в кулаке, потому что голос предательски выдаёт хрипотой.

Когда Алекс узнает, я буду первым в списке её жертв. Я сижу в квартире, которую выбирал вместе с Лизи, абсолютно слабый и ничтожный, пока она находится неизвестно где. Страх сковывает тело и сознание. Я снова не могу сдвинуться с места.

Я не оживаю ни через час, ни через два. Форма моего существования скатилась коту под хвост.

Да, именно в задницу. Даже вдалеке я не вижу свет. Я в полной тьме и не знаю, когда это закончится. Я слабак. Оказывается, силы во мне ничтожное количество.

Окидываю взглядом толпу, но не вижу нужного лица. Она всегда была со мной. Она всегда была сильной, в отличие от меня. Каждый чёртов бой, она сидела в кресле и переживала за меня, а я был полным кретином. Гул толпы и слова рефери напоминают непонятное бульканье. В ушах слышен только стук собственного сердца.