Железный ворон

– Я не против ни самой Железной Королевы, – заявила она, – ни ее народа, но только до тех пор, пока они остаются в границах своих собственных земель. Не желаю даже думать о Железных фейри, находясь на гоблинском базаре или в любом другом месте, которое не зовется Железным Королевством. – Марла погрозила мне пальцем. – Когда в следующий раз увидишь Железную Королеву, скажи ей, чтобы держала своих подданных на отведенной им территории, а не позволяла бродить, где вздумается, терроризируя добропорядочных фейри.

– Что ж, был рад с тобой побеседовать, но, боюсь, теперь мне пора идти. – Я отступил от прилавка, искусно избежав столкновения с бородатым гномом, который недовольно заворчал на меня. Натянув капюшон пониже на лицо, я взглянул на Марлу поверх бутылок с вином и одарил ее своей лучшей обезоруживающей улыбкой. – Пойду, найду эту Железную торговку и передам ей твои наилучшие пожелания.

Она со вздохом покачала головой.

– На которые она, будь уверен, и внимания-то не обратит, но все же будь осторожен, Робин.

Хоть ты и в милости у Железной Королевы, ни одному из этих созданий доверять нельзя.

– Осторожен? – усмехнулся я. – Я же Плутишка Робин. Когда это я не проявлял осмотрительности?

Гномиха закатила глаза, и я ушел, растворившись в рыночной толпе.

«Странно-то как! – подумал я. – Интересно, что на нее нашло? Гремлин в вино плюнул или что похуже?»

Я не был наивным и знал, что в Небыли по-прежнему много тех, кто ненавидит и боится подданных Меган, но никак не ожидал столкнуться с такой неприкрытой враждебностью здесь.

Входя на гоблинский базар, следовало оставить все обиды, разногласия и личные распри за его пределами. Именно поэтому Летние сиды и Зимние представители знати могли беспрепятственно фланировать здесь, не поубивав друг друга. По этой же причине халфлинг проходил мимо толпы красных колпачков, не опасаясь, что ему оторвут руки-ноги. Никому нельзя нарушать святость базара, тем более что многие торговцы продавали самые опасные, редкие и сомнительные товары во всем Фейриленде. Устрой заварушку, и тебя навсегда изгонят – и то, если очень повезет. Даже я не рискнул бы куролесить на гоблинском базаре.

«Тем не менее, ее поведение кажется чрезмерно жестоким. Железные фейри со времен войны с Железом никому не угрожали», – продолжал я свои размышления.

Пробираясь мимо разбросанных тут и там киосков и палаток, я игнорировал зазывания торговцев.