Железный ворон

– Разрушения? – повторил я. – Что, как Железные фейри? – Подданные Меган хотя и были мирными и в основном держались в стороне, все же оказывали слабое отрицательное воздействие на Небыль, если выходили за пределы Железного Королевства. Это вызывало беспокойство Летнего и Зимнего Дворов, которые требовали, чтобы Железные фейри получали разрешение от придворных правителей, если хотели отправиться куда-то дальше Дикого леса. К счастью, Железные фейри были вполне довольны пребыванием в Железном Королевстве или реальном мире, где тлетворное влияние их чар совсем не ощущалось.

Никс выглядела озадаченной, и тут до меня дошло, что она, вероятно, ничего не знает ни о Железных фейри, ни об их королевстве, поскольку никогда не видела их раньше. Кирран покачал головой.

– Не совсем, – сказал он мне. – Определенное сходство есть, однако Железные фейри отравляют землю своими Железными чарами. Разрушение слабое, а эффект физический – засохшие листья, увядшая трава и тому подобное. След, оставляемый этим чудовищем, больше похож на эмоциональную порчу.

Его нельзя увидеть, но можно почувствовать. Ну а Забытые, поскольку у них нет собственных чар, ощущают это сильнее, чем другие фейри.

– Тогда ладно. Я уж было решил, что стал таким дерганым от царящей вокруг прекрасной атмосферы. – Оглянувшись, я поморщился. – И еще, не хочу никого пугать, но Пушистик исчез.

Никс бросила на меня недоуменный взгляд.

– Что это значит?

Кирран вздохнул и достал свой меч.

– Это значит, что что-то приближается.

Мы добрались до центра городка, который представлял собой большую открытую площадь с частично раскрошившимся фонтаном в центре.

Я помнил его по прошлому посещению Фаэда – как и двухэтажное, зловещего вида здание впереди, которое, если не ошибаюсь, служило чем-то вроде постоялого двора или гостиницы. Хотя, если подумать, зачем этому городу вообще нужна гостиница? Через Фаэд никто не проходил, кроме фейри, чья жизнь близилась к завершению. Ну и нас, конечно. В общем, то было довольно пугающее осознание, и я надеялся, что оно не обернется бедой.

По мере того, как мы приближались к открытой площади, ощущение кипящего гнева становилось все сильнее и глубже, почти пульсировало в земле, словно живое. Внезапно Никс споткнулась и, чтобы устоять на ногах, уперлась рукой в кривой фонарный столб. Я замешкался, а Кирран шагнул к ней с озабоченным выражением лица.

– Никс, что случилось?

– Площадь, – прошептала она и указала дрожащей рукой. – Существо. Оно… здесь.