Благородный повеса

Только что он был молодым дипломатом с массой важных дел, а теперь пустые дни тянулись нескончаемо долго. Разнообразили их одни только приевшиеся развлечения. С мечтами о блестящей дипломатической карьере пришлось распрощаться, перспективы были весьма туманны. В подобной ситуации любой мог бы свернуть на кривую дорожку, но Макса от такой судьбы уберегли Алистер, Дом и Уилл.

– Конечно, тетя Грейс ни за что не сказала бы этого вслух, но наверняка наш приезд был весьма некстати. Раз уж товар на сегодняшней ярмарке нас не интересует, почему бы не отправиться в другое место? Скажем, в твой охотничий домик?

Выпив еще один большой глоток вина, Алистер покачал головой:

– Нет, рановато.

Там сейчас всю дорогу развезло, надо ждать, пока не похолодает. И вообще, мама нас вовсе не стыдится, просто опасается за своих впечатлительных подопечных. Пусть ты лишился правительственного поста, но все еще остаешься сыном графа…

– … блудным сыном…

– … который тем не менее способен сбить с пути истинного самую добродетельную барышню, если пожелает, конечно.

– Еще чего. Да, я собирался обвенчаться с леди Мэри – думал, она вполне подходит на роль жены дипломата. Но теперь, когда я больше не дипломат, она не желает быть моей супругой, а мне и вовсе жениться незачем.

Макс старался говорить небрежно, чтобы Алистер не догадался, как ранил его высокомерный отказ леди Мэри – кстати, последовавший сразу за разговором с отцом.

– Я бы и сам хотел где-нибудь пересидеть, пока этот дурацкий праздник не закончится.

 – Раздосадованный Алистер заткнул бутылку пробкой. – Но у меня тут есть одно дело, вдобавок в Лондоне мне сейчас лучше не показываться – сам понимаешь, театральный сезон в самом разгаре. Кто знает, что взбредет в голову Дезире? Опять меня выследит, устроит сцену… Нет уж, увольте.

– Значит, изумруды не помогли? Недовольна, что ты дал ей отставку?

Алистер вздохнул:

– Наверное, зря я ей посоветовал приберечь страсти для сцены. Как бы там ни было, чем ближе узнавал Дезире, тем очевиднее становилось, что она ужасная собственница.

Да, в спальне с Дезире интересно, к тому же иногда она бывает довольно остроумна, но в конце концов она мне наскучила, как и все остальные.

Алистер умолк и задумался. Взгляд сделался отсутствующим, на лице застыло знакомое упрямое выражение. Так Алистер реагировал всегда, когда речь заходила о женщинах – по крайней мере, с тех пор, как была расторгнута его злосчастная помолвка.