Любовь творит чудеса

Неудивительно, она смотрела длинный список меню и не понимала даже половины названий.

Анатоль увидел, что ей трудно, и взял это на себя.

– Я выберу за тебя, хорошо?

Тиа с облегчением согласилась.

Анатоль сделал заказ, предусмотрительно проверив, чтобы не было моллюсков и орехов. Он не хотел, чтобы этот вечер закончился вызовом неотложки.

Склонившись над экраном, они сидели так близко, что ему хватило бы одного движения, чтобы провести по ее еще влажным светлым волосам, приобнять за шею, привлечь к себе и впиться в соблазнительные сочные губки…

Анатоль резко выпрямился и начал торопливо размещать заказ.

Потом встал и отправился за шампанским. Через минуту он вернулся с бутылкой, охлажденной до нужной температуры в его автоматически регулируемом холодильнике для вина, и двумя бокалами.

– Иди сюда, посмотри какой вид, – сказал он, подойдя к панорамному окну.

Тиа послушно подошла. Вдвоем они вышли на террасу на крыше, украшенную цветами в больших каменных клумбах.

Девушке не верилось, что Анатоль на самом деле собирается ужинать с ней и пить шампанское, но сердце ее бешено колотилось, дыхание захватывало, и она решила просто насладиться моментом. Закатное солнце золотило верхушки деревьев в прилегающем к дому парке.

– Какая красота, – выдохнула она, и ее лицо невольно просияло.

Анатоль улыбнулся. Внутри его что-то екнуло при виде ее светящихся глаз и скромной улыбки.

Он поставил бутылку и бокалы на столик и предложил сесть.

– Это мой сад, – сказал Анатоль, показывая рукой на цветники. – Я не люблю город из стекла и бетона, но мне приходится проводить здесь много времени. Я стараюсь окружить себя зеленью, поэтому мне нравятся пентхаусы с террасой на крыше. Тут есть возможность разбить сад.

Анатоль замолчал и начал открывать шампанское.

Пробка выскочила с легким хлопком. Он вручил ей бокал и сказал:

– Держи, наклони его немного.

Тиа повиновалась. Он наполнил бокал до половины, шампанское вспенилось, но за край не пролилось.

Затем налил себе.

Рядом с ней, такой стройной и миниатюрной, он чувствовал себя в какой-то степени защитником. Такое с ним было впервые.

– Ямас! – улыбнулся Анатоль.

Она вопросительно вскинула на него глаза.

– За здоровье, по-гречески, – пояснил он.

– А, так значит, ты грек, а я все не могла понять, у тебя иностранное имя.

Щеки Тиа вновь залились румянцем.