Остин

Ибо наелась, да.

– Мне нравится. – С гаааденькой такой улыбкой сказал. Я насторожилась.

– Что именно нравится? – осторожно спросила я.

– Что ты не считаешь меня глупым ребенком, и что братанами нам не стать! – и улыбка такая… до ушей. Красиво конечно, но стереть её жизненно необходимо! Ибо бесить меня всегда чревато! – Стой! Что ты…? Не надо! Лёня, ну пожалуйста! Неееет! Ну не хлопушкой! Я же не муха тебе! И не веником! Ну, Лёёёёняяя, я что тебе, кот драный? Ну, хвааааатиииит!

*Демьян*

Пока моя слегка сумасшедшая (или с ума сходящая?) сестра гоняла по квартире этого мартовского кота, я, зашухарившись в уголок, чтобы не дай боги и мне не перепало, задумался.

Как мне блин всё это объяснить? И почему этот Мат всё помнит? Что с ним не так? Нужно узнать, кто он, кто его родители, ну и всё-всё-всё. Похоже, у них всё серьезно, значит, я должен точно знать, могу ли я доверить ему свою единственную близняшку.

Тихо, стараясь не греметь, я помыл посуду, разложил всё по своим местам и только собрался идти одеваться, как шум прекратился.

На цыпочках прошел мимо своей комнаты, и увидел приоткрытую дверь сестринской комнаты. Два влюбленных идиота стояли посреди комнаты в весьма интересной позе: Лёня с увесистым томом "Оно" Стивена Кинга в руках, которые у нее за спиной держал Мат, самозабвенно целовала его же… Вот тебе и тишина. Я оделся и ушел на поиски ответов…

*Матвей*

Я буквально на секунду отвлекся на звук закрывающейся двери, и, не успел подумать о том, что этот козел свалил, так ничего и не объяснив, как пришла мгновенная карма – я всё таки схлопотал по башке этим чертовым Кингом.

Ничего не имею против этой книги, но уж больно томик увесистый!

– Ауч! Ну, хватит! Всё, Лёнь, достаточно! – подняв руки, будто сдаваясь, сказал я.

Девушка, секунду назад целовавшая меня с обжигающей страстью, вдруг потухла и поплелась на балкон. Я, естественно, пошел за ней. Изящные пальчики достали из пачки отраву, и чиркнули зажигалкой.

– Я просто не совсем так представляла свой первый поцелуй. – затянувшись, задумчиво проговорила она. – Я думала он будет глупый и неумелый… Либо что его не будет совсем. Но не так… резко и горячо…

Что? Первый поцелуй? В девятнадцать? Как она может быть настолько чистой? И настолько прямой? Даже я бы не отважился так прямо сказать о том, что меня волнует! Так, отставить сопли! Девушку надо успокоить и закрепить эффект.