Замки

Он горел от лихорадки, и провалиться ему на этом месте, если его уже двадцать раз не стошнило тем самым поганым зеленым яблоком, которое он съел перед поездкой в оперу.

В конце концов его желудок смирился с тем, что там больше ничего не осталось, и сжался в тугой узел. Колин лежал распростертый на кровати, лицом вниз, широко раскинув руки.

О да, смерть была бы для него счастливым избавлением!

Глава 5

Она не даст ему умереть! И не оставит его одного. В ту же минуту, как Алесандра проснулась от странных звуков, доносящихся из спальни Колина, она отбросила одеяло и выскочила из постели.

Алесандру в данный момент не волновали приличия. Ей было совершенно все равно, сочтут ли предосудительным поведением то, что она вошла в его спальню. Она не оставит Колина без своей помощи!

К тому времени как Алесандра надела халат и подошла к соседней двери, Колин уже был в кровати. Он лежал на животе поверх одеял и был совершенно обнаженным. Алесандра старалась не смотреть на него. Колин отворил оба окна, и теперь в комнате было так свежо от мороза, что был виден пар изо рта.

Занавески, словно воздушные шары, раздувались от резкого, порывистого ветра и мокрого снега, попадающего в комнату через окна.

– Боже правый, вы хотите убить себя? – спросила Алесандра.

Колин ничего ей не ответил. Она поспешно закрыла окна и повернулась к постели. Девушка видела только одну половину лица Колина, однако этого было достаточно, чтобы по его мученическому выражению сделать вывод о его ужасном самочувствии.

Это было настоящее сражение, но в конце концов Алесандре удалось выдернуть из-под него одеяло и прикрыть Колина, хорошенько подоткнув со всех сторон. Колин велел ей убираться ко всем чертям и оставить его в покое. Алесандра не обратила ни малейшего внимания на его приказание. Она попробовала его лоб тыльной стороной руки, почувствовала жар и сразу же побежала искать простыню, чтобы смочить ее холодной водой.

Колин был слишком слаб и не мог сопротивляться. Алесандра провела с ним остаток ночи, прикладывая к его лбу смоченную в холодной воде салфетку и подставляя ему таз, когда его рвало.

Желудок его был уже пуст, но позывы были, и Колин все еще содрогался от невыносимых спазмов.

Его мучила жажда. Тем не менее Алесандра не позволяла ему пить. Она пыталась спорить, но Колин ничего не хотел слушать. Правда, он был слишком измучен, чтобы взять воду самому.

– Если вы что-нибудь проглотите, вас тут же вывернет наизнанку.