Образование Великорусского государства.Очерки по истории

Это владение, уже не стесненное ограничениями родового или семейного права, развившееся, «когда понятия собственности, наследственности владения начали господствовать над понятиями семейными»[12 - Там же. С. 21.], Соловьев называет удельным, отождествляя удел с «опричниной»: «опричнина употребляется иногда в смысле удела, который принадлежит князю в полную отдельную собственность»[13 - Соловьев С. М. История отношений между русскими князьями Рюрикова дома. С. 331. Примеч. 3. Говорю «отождествляет», так как, по Соловьеву, всякий удел есть полная, отдельная собственность.

]. Удел – собственность князя, которой он может «располагать произвольно», в частности по завещанию. Несмотря на такой «удельный» характер княжого владения, Соловьев не признает особого «удельного периода», так как видит в падении родовых отношений процесс постепенного торжества «отношений государственных». Как «отдельный владелец известной области», князь стоит во главе своего особого государства. Так, по поводу съезда князей во Владимире в 1296 г. Соловьев замечает: «Этих съездов княжеских нельзя смешивать с прежними съездами родственников: теперь князья являлись не как братья, но как отдельные независимые владельцы»[14 - Соловьев С. М. История отношений между русскими князьями Рюрикова дома. С. 286. В. И. Сергеевич перенес именно это представление на съезды Киевской Руси (Сергеевич В. И. Древности Русского права. Т. II. С. 242).]. Когда Русь распалась на две части – юго-западную и северо-восточную, а затем, в Северной Руси, «Тверь и Москва стали великими княжениями, Рязань и Нижний Новгород последовали их примеру, явилось несколько особых родов княжеских, особых государств, независимых и враждебных друг другу»; при этом «родовые отношения князей между собою заменились отношениями их, как правителей к своим подданным, когда земля, область, город, привязала к себе князя тесными узами собственности, сделали его оседлым»[15 - Соловьев С. М. Об отношениях Новгорода к великим князьям. С. 21.]. Идет упорная борьба между этими независимыми владельцами: «Каждое движение князя было опасно для всех, ибо каждое движение было посягательством на чужую собственность». Но теперь на великорусском севере эта борьба более содержательна исторически, чем прежние усобицы: «Дело идет о том – быть государем всей Русской земли или слугой этого государя»[16 - Соловьев С. М. История отношений между русскими князьями Рюрикова дома. С. 287 и 281.].