Информационная война. Внешний фронт. Зомбирование, мифы, цветные революции. Книга I

И как бы американцы не прятались за мандат ООН, за мундир НАТО, любой человек на сербской земле мог разглядеть и почувствовать, откуда идут кровавые команды-приказы. Впрочем, американцы и не скрывали своего участия, напротив, объявляли о готовности нанести бомбовый удар – и бомбили. Им необходимо продемонстрировать свою силу, запугать, установить свой порядок. И любой ценой. Даже если они совершенно не правы. Им надо согнать сербов с исконно сербских земель, даже с их исторической родины – из Косово, лишь бы отдать эту землю своим союзникам.

Тут и двойные стандарты готовы: сербам – никакого оружия, блокада, голод; мусульманской же стороне – оружие, продовольствие, техника.

И вот уже есть зримая цена установления мирового порядка: тысячи убитых сербов, тысячи и тысячи изгнанных со своих мест мирных граждан. Пи одного протеста западные страны не сделали. Все промолчали в угоду Хозяину. И попробуй возвысить свой голос протеста – тут же перекроют финансирование, обволокут блокадой.

Перекупи у Франции 200 ученых из каждой отрасли и нет у Франции технологического будущего.

На сербской земле русский писатель утвердился в мысли, что новый мировой порядок строится не всеми, а Америкой, и не ради удобства людей и справедливости на земле, а корысти ради. Есть уже мировая империя, но нет в ней равенства государств, есть центр управления этими государствами, но он создан для эксплуатации других.

Так что не зря на однодолларовой банкноте рядом с известной пирамидой есть латинская надпись – «Новый Порядок на Века».

Общечеловеческие ценности

У добра и зла нет национальности. Хотя дискуссии о том, какая страна имеет тот или иной характер, вполне допустимы. Известна немецкая кропотливость в работе, пунктуальность и обязательность в общении. Норвежцы страдают от излишней вялости, нерасторопности… Но если норвежцы, как и сербы, не стесняются богатства и любят свой дом украшать, то американцы прячут богатство свое в подчеркнуто строгом и безликом доме.

Время, конечно, безжалостно отнимает у всякого государства традиции, привычки, обряды, песни. Но если нация отрывается от своих исторических корней и теряет тем самым свой колорит и дух, то повинен здесь не ход истории, а люди, творящие ее. Утеря самобытности, как правило, оборачивается для народа трагедией. Испанцы сохранили радость корриды – и они узнаваемы, жизнерадостны.