Молчание костей

 – Девушка измерила линейкой рану и озвучила ее ширину и глубину в пунах и чхонах[16 - Пун (кор. ?) и чхон (кор. ?) – меры длины. Один пун равняется трем миллиметрам, один чхон – примерно трем сантиметрам.].

– Рана была настолько глубокой, что женщина тут же умерла, – пробормотал помощник прозектора.

– Судя по состоянию тела, а также принимая во внимание дождь и летнюю жару, – продолжала Хеён, – госпожа О умерла в районе полуночи. К утру она уже была мертва несколько часов.

– Хм. Значит, убийство произошло во время комендантского часа, – отметил помощник прозектора.

Комендантский час начинался за час до полуночи и заканчивался на рассвете. – Караульные наверняка патрулировали окрестности, однако убийца не пожалел времени и отрезал ей нос. Как вы думаете, господин, почему?

Помощник прозектора повернулся к крупному мужчине в широкополой полицейской шляпе, под тенью которой прятались его глаза. Был виден только длинный багровый шрам, прорезающий красную, покрытую сыпью щеку.

Это был командор Ли.

– Убийца, несомненно, испытывал к жертве глубокую ненависть, – ответил командор. – Покажите мне, что она сжимала в руке.

Я наморщила лоб. Что? У нее что-то было в руке? Я помню только, что у нее был сжат кулак, но я и не приглядывалась.

Командору Ли подали деревянный поднос, на котором лежал свернутый шнурок длиной с руку. Он принялся его изучать, и я вытянула шею, чтобы рассмотреть получше.

– Как видно, здесь был узел, – отметил командор. – Инспектор Хан подозревает, что это шнурок от ожерелья, сорванного с убийцы.

Мои полицейские обыскивают место преступления в поисках подвески, если таковая была.

Меня накрыла волна нетерпеливости. Хотелось бежать со всех ног, самой искать подвеску, которая может навести на след убийцы. Но прежде чем любопытство окончательно унесло меня с места, Хеён начала покрывать труп смесью из винного осадка и уксуса. Я аж рот раскрыла при виде реакции кожи. Каким-то образом эта жидкость проявила все ушибы и раны, и тело женщины расцвело фиолетовыми и желтыми красками.

Я вцепилась в дверную раму.

– Вокруг рта – фиолетовый синяк в форме руки, – описала Хеён.

– Кто-то пытался заглушить ее крики, – отметил командор Ли.

С самого первого дня в полиции моя жизнь приняла странный оборот. Я не знала, куда направляюсь и где в конце концов окажусь, и нередко бродила кругами по столице без какой-либо цели. Каждый день был похож на нераскрытое дело.