Ультиматум удовольствия

Подчеркивая суровость античных законов, М. Фуко замечает: «Даже если необходимость чтить закон и обычаи – очень часто подчеркивается, главное все же состоит не столько в содержании закона или в условиях его применения, сколько в той установке, из которой проистекает их соблюдение. Акцент стоит на отношении к себе, которое позволяет не давать увлечь себя желаниям и удовольствиям, сохранять перед ними самообладание и превосходство, пребывать свободным от всякого внутреннего рабства по отношению к страстям и достигать такого способа бытия, которое может быть определено как полное владение самим собой, или совершенный суверенитет себя над собой»[2 - Фуко М.

Воля к истине. М.: Магистериум, 1996. С. 304.]. Сегодня такая функция внешнего контроля над удовольствиями все в большей мере переходит к маркетингу, осознавшему всю прибыльность подобной манипуляции. Но все по порядку. Начнем с генезиса проблемы удовольствия.

1.1. Эпикурейская школа об удовольствии

Для того чтобы понять такой сложный феномен, как удовольствие, мы приглашаем вас заглянуть в прекрасные сады эпикурейской школы.

Здесь средь фиников и пальм, в тени невесомых беседок расположились ученики, приехавшие в школу со всех уголков Древней Греции.

В центре сам учитель, сын воина, рожденный на Самосее, почтенный гражданин Афин философ Эпикур. Он говорит, что удовольствие – это высшее благо, но почему-то хмурится, как будто предчувствует, что его слова извратят потомки.

Хотя нет, это просто Солнце слепит, философ прячет глаза в тени и продолжает лекцию с улыбкой на устах.

Идет 307 год до нашей эры, Эпикуру не так давно исполнилось 35, и его мечта наконец-то сбылась – он открыл свою школу.

Сегодня он нашел время, чтобы доделать и повесить на ворота в школу большую вывеску с надписью: «Странник, тебе будет здесь хорошо: здесь удовольствие – высшее благо».

Вышло очень прилично, никто и не догадается, что она сделана руками философа, а не профессионального плотника.

К сожалению, скрытые таланты – не единственное, о чем не смогли догадаться потомки. Истинная суть учения философа осталась также для многих непонятой. Пуританские критики извратили ее, узрев в добропорядочном греке похотливого развратника, предававшегося культу наслаждений. Эпикура причислили к гедонистам, приравняв слово «эпикуреец» к «скотинушке», погрязшей в разврате и потакании своим низменным потребностям.