Критика поэтов. Статьи Гийома Аполлинера об искусстве

Пусть господин Валлоттон не доверяет, в особенности, иностранцам! Потому что, если критика должна была принимать в расчёт вкусы в других странах и искать их объяснения, я думаю, что художника это не должно заботить, он должен подчиняться соображениям более высокого порядка.

Соображения, по которым господин Андре Дерен занимается творчеством, дают ему меру для оценки совершенства своих работ. Можно было бы сосчитать картины, о которых можно было бы с определённостью что-либо в этом смысле утверждать.

И не нужно больше говорить об абстракции. Живопись самое что ни на есть конкретное искусство.

Вот, реализованное в возвышенном, одно из самых чистых вдохновений этого времени. Художественное достижение Дерена не расточает себя на то, чтобы быть ярким, линейным или объёмным. Его пластическая искренность обнаруживается по-другому: в этом ужасающем спокойствии, с которым он бесстрастно выражает себя в своих работах, сообразно своим сильным чувствам.

Туалет, Портрет и Пейзаж с кипарисами примеры этой благородной дисциплины, делающей реальность рафинированной и «придающей природе аутентичность» (Малларме).

Большая композиция господина Джорджа Брака кажется мне самым новым художественным достижением этого Салона. Конечно, путь, пройденный художником со времени создания картины Ложбина, исполненной нежности, до его новой композиции, значительный. И, тем не менее, эти картины были написаны с интервалом шесть месяцев.

Не нужно задерживаться на всём, из чего складывается экспрессия этой картины, но должно осознать, что господин Брак реализовал, с неослабевающим усилием, свою волю к построению композиции.

Искусство построения композиции ставит перед художником множество ещё не решённых задач. Господин Брак смело берётся за решение нескольких из них. Это всего лишь бурный этап горделивого восхождения художника, которое в скором времени, несомненно, окажется менее беспокойным.

Большая картина господина Фриеза-Отона, Осенняя работа, принесла самую большую славу Салону в этом году, что приводит меня в большое замешательство.

В течение некоторого времени ощущалось, что господин Фриез изменился. И если кажется, что он восстановил всё своё спокойствие, нет сомнений в том, что этого не произошло бы, если бы не достойные сожаления сделки с совестью.

Усилие здесь ретроградное.