Критика поэтов. Статьи Гийома Аполлинера об искусстве

Не разбогатев во время своих творческих поисков, господин Фриез внезапно прервал их, чтобы напыщенно выставить напоказ свои познания в области живописи, все свои познания, а они не все одинаково хорошего качества. Его картина, помимо этого, изобилует несоответствиями. И, тем не менее, художники, настолько одарённые, как господин Фриез, редки.

В его работе мало глубины. Он представляет нам одним произведением живописи огромных размеров множество живописных произведений, неестественно соединённых друг с другом.

И это неуравновешенное расположение отдельных фрагментов картины, помимо всего прочего, подчёркивает поверхностный характер композиции.

Без сомнения, господин Фриез находит резоны для такого подхода в намерении никоим образом не раздробить впечатления, производимого картиной, отдельными её фрагментами. Говорили, что он хотел сделать обобщение, чтобы вывести заключение. Но, по необходимости, это художественное достижение, каким бы значительным оно ни было, не становится от этого менее скороспелым, и оно исключает, из-за кропотливости, которой потребовала эта работа, всякий восторг и всякий героизм.

Этюды господина Марке имеют абсолютно все качества, уже отмечавшиеся у этого художника. Талант господина Марке, по моему мнению, больше, чем он сам думает. И в этой скромности есть некоторая доля смущения. Оно заставляет его, некоторым образом, повторяться, из страха впасть в заблуждение.

У господина де Вламинка чувство радости фламандское. Картина для него как ярмарка с гуляньем.

Всё у него смеётся. Теперь в нём открыли вкус к экзотическому, приобретённый им, по-видимому, в неких балаганах ярмарочных праздников. Это пикантно.

Де Вламинк недолго блуждал, прежде чем найти свой путь. Богатство его дарований проявлено. Он щедро их расточает. Его любопытство никогда не бывает удовлетворённым. И современная живопись обязана его искренности и его восхищению несколькими новаторскими приёмами, которые она, не медля, стала выгодно использовать, и будущее которых будет вознаграждающим.

Я не нахожу слов, чтобы определить совершенно французское очарование мадмуазель Мари Лорансен. Не имея ни одного мужского несовершенства, она одарена самым большим из возможных количеством женских качеств. Потому что, не правда ли, самая большая ошибка большинства женщин-художниц: они хотят превзойти мужчин, и в этой попытке они теряют свой вкус и свою грацию.

Ничего подобного нет в работах мадмуазель Лорансен.