Маргиналии. Выпуск второй

Как и наука, как и искусство, как и мораль – притом не только и не столько по степени совершенства в сравнении с человеческим аналогами, но и по разнообразию.

Ну а первоначало? Будь оно личностью как в мировых религиях или абстрактной идеей как в античных философских системах, оно должно быть наисложнейшим сущим, ведь в нем должна содержаться вся полнота низших уровней. Противоречит ли это принципу монизма, согласно которому единство и простота должны предшествовать множественности и сложности? Да.

И это проблема идеалистической онтологии, которую на протяжении веков пытались не замечать.

Но, быть может, будущее идеализма состоит как раз в создании иной онтологии – в которой первоначало будет мыслиться как нисхождение сложности к простоте. Как это помыслить? Не имею никакого понятия, но кто знает – может, найдется тот, кто начнет думать в этом направлении. Было бы безумно интересно ознакомиться с получившейся онтологией и логикой. Меня же устраивает имеющаяся научная парадигма, где простота эволюционирует в сложность, а человек является пределом этого процесса.

По крайней мере, пока устраивает.

В любом случае, пока нам никто не мешает задаваться вопросами: спорят ли даймоны о даймонской скульптуре – несравненно более сложной, чем наша? Какой у них юмор? Требуется ли им одиночество – и куда они тогда уходят? Что у них, бестелесных, является аналогом нашего удовольствия от еды? Сколько тысяч видов красоты они различают? Вот, кстати, отличная тема для литераторов: написать учебник по одной из даймонических наук.

Скажем, «Малую энциклопедию послепоэтических антиумолчаний (перевод на человеческий)»: «Антиумолчание №12'ёU

 – не умалчивается и не умалчивает, но лишь указывает на даймона, подражающего архидаймону, но тяготящегося его непроницаемости, и преодолевающего эту тяготу посредством намеренного забывания о будущем самонеузнавании (при достижении совершенства в подражании)».

67.

 К Аристенету

«Я намеренно женился на бедной девушке, чтобы не страдать от надменности богачки. Я полюбил ее сразу, но сначала из-за бедности девушки жалел. Мне казалось, я сострадаю ее незавидной судьбе, так как не понимал, что такое сострадание – начало любви. Жалость ведь нередко порождает любовь. Однако, несмотря на свою бедность, она намного превзошла и гордостью и надменностью любую богачку. Сущая Диномаха [великая битва – М.В.