Пираты Венеры

Давид собирал на поиски свой отряд местных пэлльюсидарских бойцов, как только появятся хоть какие-нибудь сведения о том, где фон Хорст может находиться – если допустить, что пропавший вообще еще жив…

После того как Джейсон возвратился на поверхность, его все время терзало чувство ответственности за судьбу фон Хорста, молодого немецкого лейтенанта, любимца всех участников экспедиции. Только и это к нашему делу отношения не имело. Его, представьте, замучили угрызения совести. Он, получалось, покинул Пэлльюсидар, не сделав всего возможного для обнаружения фон Хорста.

Его самого или его тела.

Джейсон предложил мне сесть и протянул сигарету.

– Впервые за несколько месяцев пришло сообщение от Эбнера Пэрри, – сказал он. – Только что…

– Не представляю содержания, которое так смогло тебя взволновать.

– Сейчас объясню, – произнес он. – Сари сообщает, что сегодня, десятого, фон Хорст найден.

Все эти события, повторяю, к нашей истории не имеют никакого отношения. Уж к Карсону Нейпиру наверняка. Упоминаю я о них только потому, что они связаны с двумя немаловажными фактами, которые сыграют определенную роль в дальнейшем повествовании.

Во-первых, у меня напрочь вылетело из головы сообщение, присланное в том загадочном письме, а во-вторых, я четко запомнил дату – десятое число.

Таким образом, послание было забыто мною надежно и крепко и никак не могло повлиять на дальнейшие события. Оно оказалось вычеркнутым из памяти так, будто его никогда и не существовало.

Потом на меня навалилась куча забот, и, прежде, чем заснуть в ночь на четырнадцатое число, я был способен думать только о запутанных подробностях одной сделки с недвижимостью.

Перед сном моя голова была забита всевозможными доверенностями, а также наследниками собственности, которая осталась после удовлетворения притязаний кредиторов, и отложенными судебными решениями.

I. Карсон Нейпир

Что меня разбудило? Не знаю точно, как это назвать. Не поверите, если скажу. Я присел на кровати, точно меня аккуратненько подняли за плечо.

И как раз в этот момент сквозь мою дверь – не в дверь спальни, а именно сквозь эту затворенную дверь – просочилось молочное облако, в то же мгновение ставшее дамой, одетой во все белое. Что уж там именно являлось белым, точно сказать не возьмусь, это явление я воспринял как цельный абстрактный образ, без вуалек и рюшей. Брюки? Юбка? Убейте, не знаю. Женщина, с ног до головы одетая в белое… Вокруг ночь – светлая, лунная. Хорошенький сон. Я видел так ясно.