Рибху-гита. Часть I (главы 1–14)

в более широком смысле. Ватсьяяна взял слово „лакшана“ в его первоначальном значении, но тоже стал использовать его как термин. Он придал лакшане значение специфической характеристики, или выделяющего признака, и именно в этом качестве лакшана постепенно оказалась вписанной в метаязык ньяи и стала общим обозначением и самой процедуры определения». (Мютель М. В. К истории понятия определенности в индийской мысли (вьякарана и классическая ньяя) // История философии. №11. М.: ИФ РАН, 2004).]. Ты – только сознание.

Ты чист. Ты всегда неделимая единая сущность[47 - akha??aikarasa – безраздельная единая сущность. akha??a – неделимая, безраздельная, не имеющая частей; непрерывная, целая. Экараса – один вкус, единственное удовольствие, только одного чувства, единая (одна) сущность. Слово «раса» многозначительно и переводится в зависимости от контекста как «сущность, эссенция, чувство, вкус, сок» и т. п. (См. Adele M. Fiske. Notes On «Rasa» In Vedic And Buddhist Texts. /Mahfil. 1997. Vol. 7, No. ?. P. 215—218). Экараса эквивалентно понятию самараса. «Самараса» – при переводе буддистских и индуистских текстов трактуется как «один вкус», «вкус единства», «сущностная однородность», «состояние единого вкуса», «равный вкус», «ощущение тождественности всего» «та-же-самая-естьность» и т. п. Раса – сок, сущность, квинтэссенция, нектар; вкус, аромат, объект вкуса, орган вкуса; склонность, чувство, переживание, любовь, настроение; религиозное чувство (Апте, Монье-Вильямс). Понятие «раса» широко используется в индийской драматургии, поэзии, теологии. Ади Шанкара комментирует, что раса означает «блаженство, которое присуще самому себе и проявляется даже в отсутствие внешних влияний», потому что блаженство – это нематериальное состояние, которое является духовным, субъективным и присущим человеку. (см. Daniel Meyer-Dinkgr?fe. Approaches to Acting: Past and Present. Bloomsbury Academic, 2005). Кэн Уилбер писал в своей книге «Один вкус»: «Желания плоти, идеи ума и озарения души – это все совершенные выражения сияющего Духа, который один населяет Вселенную, возвышенные жесты того Великого Совершенства, что одно затмевает мир. Во всем Космосе есть только Один Вкус, проявляется ли он в плоти, в уме или в душе. Пребывая в этом Одном Вкусе, перенесенный за пределы земного, мир возникает в чистейшей Свободе и сияющем Высвобождении, бесконечно счастливый, затерявшийся в вечности и безнадежный перед изначальным лицом неумолимой тайны.