Царский титул в картинках

Поскольку «царя» мы заимствовали из «второго Рима» – Византии, то этим титулом именовали только правителей Византии, а сами русские князья практически никогда не решались так называться. Цари живут в «Царьграде» – так на Руси называли Константинополь – и нигде больше. Захват крестоносцами этого города наши предки расценили как «исчезновение царства» и русская "Повесть о взятии Царьграда" завершается словами: «И так погибло царство богохранимого Константинограда и земля Греческая, … ею же обладают фрязи».

Впрочем, свято место пусто не бывает, и вскоре титул «царь» перешел к правителю Золотой Орды – империи, в состав которой вошли русские княжества.

Признать себя «царем» означало встать вровень с властителями этих великих империй, и более того – заявить об амбициях такого же масштаба. Именно поэтому, хотя независимой Москва стала еще при Иване III, несколько поколений правителей оставались только «великими князьями», и лишь Иван Грозный первым рискнул назвать себя «царем», а Москву – «Третьим Римом», забирающим византийское и татарское наследство.

Царь Иван Васильевич Грозный. Портрет из «Царского Титулярника».

Именно отсюда идет почти священное отношение к этому титулу. Царь мог общаться только с равными себе, с суверенными правителями, с никому не подотчетными самодержцами.

Настоящий царь, с точки зрения русских самодержцев, помимо владения независимым государством, должен был удовлетворять двум условиям – он должен получить царство по наследству, а не быть выбранным (выбранный – это царь «второго сорта»), а во-вторых, он должен быть самодержцем – то есть править самому, не оглядываясь ни на какое сильное государство, ни на какой парламент и уж тем более на всяких подданных.

Именно поэтому, к примеру, польские короли всегда были «под подозрением» (особенно после того, как пресеклась «настоящая» династия Ягеллонов, и поляки выбрали какого-то подозрительного Стефана Батория).

Еще отец Ивана Грозного, Василий III, отказался принимать посла великого Бабура по имени Таусеин Хозя потому, что ничего не знал об индийской империи Великих Моголов. Просто побоялся оскоромиться: «потому что не ведает его Государства, неведомо он Государь, или Государству тому Урядник».

А уж сам Иван Грозный, первый русский царь, подходил к этому вопросу очень строго.