Советский социалистический феодализм 1917–1990

Зиновьевым, то могу ли я претендовать на научность? Придется разъяснить: наука исследует факты, но в нашей системе данные, относящиеся к социальной жизни либо секретны, либо настолько искажены, что делать по ним выводы рискованно. Возьмем экономику: данные, публикуемые Центральным статистическим управлением (ЦСУ), как правило, фальсифицированы. После смерти Сталина нам сообщили, что все прежние данные об успехах сельского хозяйства – ложные, а урожаи никогда не достигали уровня 1914 года.

Значит ли это, что в дальнейшем публиковались правильные цифры? Несколько лет данные об урожаях не публиковались вообще. А если бы нам удалось их получить? Это тоже ничего не даст, поскольку приписки (фальсификация) делаются на всех уровнях, от колхоза, района, области, республики до самого ЦСУ.[2 - Начальник областного статистического управления делал приписки по распоряжению секретаря обкома партии. На упрек следователя ответил: «Если бы я этого не делал, сейчас здесь сидел бы другой начальник». (И. 27.12.86.) Отсюда «… истинной информацией о реальных процессах в экономике не обладало и Политбюро» (0.1988, N 46)Совхоз «Новопокровский» (Кубань) произвел за пять лет 2,4 тыс. тонн молока, а сдал… 4,2 тыс. тонн! Приписки обнаружены на каждом третьем предприятии. (П. 26.3.90) Пять лет перестройки! Но это не значит, что в других предприятиях приписок не было.] Ну а если бы фантастическим образом мы достали сведения о сдаче продуктов каждым колхозом? Это тоже ничего не даст: десятилетиями проникают в печать сообщения о том, как для выполнения плана колхозы закупают, например, масло в магазинах, а затем его снова сдают государству. Таким образом, один и тот же продукт сдается и попадает в сводку несколько раз.[3 - Н.Кузнецова. Преступление и преступность. Автореферат диссертации. М., 1968, с.21. Как видите, говорится о преступности, а данные приводятся о судимости, причем сравнение делается с 1963-1965 гг. , когда по указанию Н.Хрущева прекращали в массовом порядке уголовные дела с передачей преступников «на поруки» предприятиям и общественным организациям.] В свое время (точнее, в хрущевское) Ларионову, секретарю Рязанского обкома партии, где такие повторные сдачи превысили «разумные» пределы, пришлось застрелиться. Не исключено, что ему в этом «помогли».