Человек со сломанным ухом

Люди стояли так плотно, что Леону понадобились невероятные усилия, чтобы протиснуться сквозь толпу. Ему почти удалось спастись, но тут он услышал, что за ним гонится какой-то мужчина, который, судя по всему, уже его настигал. Леон побежал быстрее, с разбегу встал на четвереньки, помчался галопом и даже заржал. Бежал он быстро, почти не касаясь земли, и при этом ему казалось, что деревья, растущие вдоль дороги, тоже припустились за ним вдогонку. А между тем противник был уже близко. Он летел быстрее ветра, громко стуча сапогами, шпоры его звенели.

Наконец он поравнялся с Леоном, схватил его за гриву, вскочил на круп и вонзил шпоры ему в бока. Леон встал на дыбы, но всадник огрел его плетью, потом склонился к уху и сказал: «Я не такой тяжелый, всего тридцать фунтов собственно полковника!» Тут несчастный жених мадемуазель Клементины сделал рывок, бросился в сторону, полковник упал на землю и выхватил шпагу. Но Леон, не теряя ни секунды, встал в позицию, и началась битва. Внезапно он почувствовал, как лезвие шпаги полковника входит в его сердце по самую гарду. Лезвие становилось все холоднее и наконец заморозило Леона с головы до пят. Полковник подошел к нему и с улыбкой сказал: «Пружинка сломалась. Маленький зверек умер.» Он положил тело Леона в коробку из орехового дерева, но она оказалась слишком короткой и узкой. Леон стал биться изо все сил и наконец… проснулся. Он был весь мокрый от усталости и к тому же едва не задохнулся, застряв в щели между кроватью и стеной.

До чего же стремительно он выскочил из кровати! До чего поспешно открыл окна и отворил ставни! «Он сотворил свет и увидел, что это хорошо», – как сказал уже не помню кто.

Ф-р-р-р! Это Леон вытряхнул из головы последние обрывки сна. Так мокрая собака стряхивает с себя капли воды. Взглянув на свой прекрасный лондонский хронометр, он увидел, что уже девять часов. Чашка шоколада, поданная Готон, помогла справиться с навязчивыми идеями. Затем он занялся своим туалетом в невероятно светлой, веселой и удобной туалетной комнате и окончательно примирился с жизнью. «В конце концов, – подумал он, расчесывая свою светлую бородку, – все обстоит не так плохо. Я вернулся на родину и оказался в кругу семьи, в нашем чудесном доме. Отец и мать здоровы, сам я абсолютно здоров и нахожусь в расцвете сил. Состояние наше не велико, но ведь наши потребности тоже весьма скромны, и мы ни в чем не будем нуждаться. Друзья встретили меня с распростертыми объятиями. Врагов у нас нет.