Аркаим. Благословенны, кто добрался

Авиабилеты в межсезонье дешёвые. Три ночи жил в отеле пять звёзд, всё включено, на первой береговой линии. Народу немного, на пляже свободно. В настоящее время люди консервируют себя в квартирах, опасаются общаться с незнакомцами. Массовая вакцинация не спасла людей от вселившихся страхов. Мы, юристы, рулим. Объясняем народу, что можно, а что нельзя. Не хотят идти на общение, тогда достаём рекламами через интернет.

Чудов утепляется. Надевает верхнюю одежду и говорит Геннадию:

– Здесь силы набираешься в источнике с целебными свойствами.

Геннадий ему:

– А ты, Мирослав, был монахом в монастыре? Представляешь, что это за жизнь?

Мирослав сразу не отвечает. Намеренно делает паузу, говорит:

– Знаю, что живут там по строгому режиму.

Геннадий улыбается. Ему кажется, что он знает больше перипетий социальной жизни, чем Мирослав, который внешне похож на человека из трудовых ресурсов, с проницательными глазами.

Чудов замечает, что собеседнику необходимо выговориться.

Спутница Геннадия купается молча, не издаёт ни единого звука.

Софи думает: «Может она неразговорчивая или не хочет идти на контакт с другими людьми». Женщина не подходит близко к Софии. Вытирается полотенцем, одевается и начинает фотографировать горный массив. Поднимается от источника на дорогу, ведущую к женскому монастырю и к церкви, сверкающей на возвышенности золочёнными куполами, отражающими солнечный свет. Вверх на скалу с отвесными склонами, где находится Храм веры, ведёт лестница.

Женщина говорит ребёнку, чтобы тот никуда не отходил от купальни.

Мальчик, примостившись на валуне, занялся изучением берега речки, куда впадает из источника водная струя. Разглядывает уток, бросает им кусочки хлеба.

Новый знакомый Чудова продолжает говорить о монастыре:

– Усмирение гордыни – цель для многих прибывающих в монастыре. Неожиданно для себя в один момент меня потянуло в монастырские стены. Захотелось душевного умиротворения. В знак преклонения настоятелю надо целовать руку. Признавать другого человека выше себя, тем более в стенах монастыря, для меня представляется неправильным.

Я пришёл к Богу, а мне показывают жизнь по правилам настоятеля. Кроме Бога авторитетов для меня нет. Поклоняться другому человеку – это моральная утопия, как минимум для моего мировоззрения.

Чудов слушает с интересом высказывания Геннадия. Крепкий, спортивного телосложения Геннадий выглядел уверенным человеком со сложившимся убеждением по отношению к монашеской жизни.