Приступить к ликвидации

Кого здесь только не было: завсегдатаи скачек в модных, не потерявших лоска костюмах, дельцы, напуганные временем, шустрые карманники с Сенного рынка, спокойные налетчики.

Были здесь двое из банды Собана. Пришли рискнуть да погулять малость.

Данилов протолкнулся к огромному столу. Вот оно, «пти шво», – механические бега.

Крупье с истасканно-наглым лицом, с пробором, делящим редкие прилизанные волосы на две части, выкрикнул:

– Ставок больше нет! – Нажал рычаг, и побежали четыре лошадки вдоль стола.

– Первым пришел рысак под номером три. Получите ваш выигрыш, господин. – Крупье лопаткой подвинул груду денег к человеку в сером костюме.

– Позвольте. – Данилов протолкнулся к столу, бросил пачку денег: – На все.

– Ваш номер, сударь? Сколько ударов будете делать?

– Двойка. Играю дважды.

– Делайте ставки, господа, банк богатый.

Посыпались на стол деньги.

– Третий.

– Третий.

– Второй.

– Двойка.

– Игра сделана, ставок больше нет.

Крупье вновь пустил лошадок.

Круг. Еще один. На последнем вырвалась вперед черная лошадка с единицей, написанной на крупе.

– Выиграло заведение. – Крупье сгреб ставки в ящик. – Желаете еще? – Он посмотрел на Данилова, улыбаясь нагловато-вежливо.

Данилов стянул с пальца перстень.

– Примете?

Из-за спины крупье возник человек, стремительно глянул на перстень, что-то шепнул крупье.

– Примем.

Крупье положил перстень рядом с пачкой денег.

А люди делали ставки, кидали деньги, дышали тяжело и азартно.

– Ваш номер, не спите, юноша! – усмехнулся крупье.

– Двойка.

– Вы фаталист. Ставок больше нет.

Лошади побежали, а серая с двойкой, так приглянувшаяся Данилову, словно услышав и поняв его, бойко взяла с места. И первой прибежала к финишу. Крупье лопаточкой подвинул Ивану перстень и кучу денег.

– Больше не будете играть?

– Нет.

– Заведение желает вам приятно провести время.

Никогда Данилов за свои восемнадцать не держал в руках столько денег.

Да что там не держал. Не видел просто. Он и вынес их в буфетную комом.

– Олежка! – воскликнула Нина. – Золотце! Как я рада.

Данилов бросил деньги на стол, начал складывать.

К Нине подошел вертлявый черный парень в коричневой пиджачной паре:

– Так как же, барышня, не желаете испытать…

Данилов взял его за лацканы:

– Жить не надоело?

– Пусти! – рванулся вертлявый, но рука, державшая его, была не по годам сильной, затрещал пиджак.