Рассвет цвета радуги

Я ничего не могу поделать, как человек ты меня полностью устраиваешь. Кстати, мы тебе новую авторскую программу придумали: «Вечерние посиделки с Горделиной».

– Поменять три часа эфира на часовой выпуск?

– Пока вот так. – Корлин утёр платком свой вспотевший лоб.

– Что же, вам сверху всегда виднее, – Горделия поднялась со стула, – Я, пожалуй, тоже скажу честно: это было жестко!

– Горделия, постой! – бросил ей вслед Корлин, – на меня Главный редактор надавил, что я мог поделать?

Она остановилась, – Ах вот откуда ветер дует.

Главред был человеком новым на «Орбите», сменил недавно своего предшественника, который ушёл на пенсию. Как это обычно бывает с не совсем «профессиональными начальниками», он вдруг ни с того, ни с сего, начал учить её профессии и откровенно придираться по мелочам. В один из таких эпизодов она не выдержала и высказалась по поводу его придирок. Главред больше к ней не подходил, но похоже сегодня настал тот день, когда его холодная месть дошла до цели.

– Ему тоже от меня передайте пламенный привет. Пока Корлин, желаю удачи тебе с «Информерами молодёжи».

– А как же твоя авторская программа? – Корлин выкрикнул, когда она уже подошла к двери.

– Ты же сам отдал эфиру, побольше моего будет. – Горделия начала повышать градус дискуссии и перешла на высокие нотки. – Утреннее шоу – эта передача для меня была делом всей жизни. И теперь вот так: щёлкнуть пальцами и переобуться в воздухе – такие цирковые кульбиты точно не про меня.

Горделия больше ничего не хотела слышать и показательно громко хлопнула дверью. Она зашла к Лариону. Тот сидел в своём кресле и нервно ёрзал по сиденью.

– Расслабься Ларик. Наше шоу кануло в небытие. Нам тут больше делать нечего, я ухожу отсюда прямо сейчас. Ты идёшь?

– А как же твои вещи?

Горделия поняла, что больше минуты в «родных» стенах не выдержит. Горький комок обиды уже начал подкатывать к горлу и глаза похоже тоже заблестели.

– Пропади оно всё пропадом! Будет время – потом заберу. Поедем за город, развеемся на природе.

Они выбирались из плотного городского потока больше часа. Горделия всю дорогу молчала и даже не высказывалась по поводу «ездунов» на дороге. Но вот её автомобиль оказался на автобане. Она заняла крайнюю левую полосу и притопила на газ до максимума.