Литературная ладья

Блаженный Иероним и его век / А. Диесперов. – Москва : Канон+, 2002. – 398 с. ; 21 см. – (Православная библиотека).

Димитрий Ростовский. Избранные жития святых / святитель Димитрий Ростовский. – Москва : Эксмо, 2017. – 653, [1] с. : ил. ; 25 см.

Смирнов, А. А. Блаженный Иероним Стридонский как историк и полемист / А. А. Смирнов. – [Репр. изд.]. – Москва : Русский хронографъ, 1995. – 64 с. ; 21 см.

Фокин, А. Р. Блаженный Иероним Стридонский библеист, экзегет, теолог / А.

Р. Фокин. – Москва : Центр библейско-патрологических исследований [и др.], 2010. – 223 с. ; 22 см.

ПРОЗА ШЕФНЕРА

Представьте себе, что вы случайно нашли огромную сумму денег, при которых нет никаких документов, и неизвестно, кому они принадлежат. Представили? А теперь ответьте, только честно, как бы вы поступили с этими деньгами?

Именно с такого эпизода начинается повесть «Круглая тайна» Вадима Сергеевича Шефнера (1915 – 2002), прекрасного поэта и не менее замечательного прозаика.

Юрий Лесоповалов, имеющий скромное прозвище Анаконда, находит в лесу портфель с деньгами и, испытав некие муки совести, решил присвоить их… не навсегда, о нет, а взяв «взаймы у Судьбы». «Заработаю, обязательно верну, сдав эту сумму в банк», – решает он, и берёт портфель с собой. Выкинув предварительно из него тяжелый металлический шар, непонятно зачем лежавший в нём.

Но тот выкинутым оставаться не пожелал и двинулся вслед за героем… По воздуху. Представьте себе, как смотрели на Анаконду встречные!

Что перед нами? Фантастика? Безусловно. Но фантастика странная. Приходилось сталкиваться с мнением, что прозаическое творчество Шефнера – это сказки. И доля истины в этом есть. Повести и романы данного автора относятся к редкому жанру сказочной фантастики. И здесь просьба не путать с фантастикой волшебной, а ля Толкин или Говард.

Ничего общего. Сказочная фантастика очень похожа на обычную реальность за вашим окном, но… по меткому определению самого Шефнера, в своей прозе он смешивал бред и быт. Всё почти как в жизни, если не считать того, что на описываемые события ложится лёгкий флер странности.

Вадим Сергеевич Шефнер не единственный, кто работал в этом сложном жанре.