Знаки

– Что еще есть в арсенале Матрицы?

– Более грубые инструменты, вещества, вызывающие галлюцинации (подумай, почему Христос называл вино кровью своей). Любое искусственное облегчение (разоблачение) сердца, с помощью чего угодно, но без внутреннего осознания, есть «матричная кукла». По-настоящему обнажить сердце, открыть Бога в себе может только сам Человек.

– А если Бог захочет сделать из грешника святого Здесь и Сейчас, думаешь, не получится? – мой скептик и не собирается покидать наполеоновскую позу.

– Не сможет.

– Ха-ха-ха, Бог не сможет? Ты сумасшедший.

– Не сможет предать самого Себя. Он в состоянии залить ложку дегтя морем меда, но Он будет знать, что Сам распределил деготь в меде, и оттого Море не абсолютно чисто.

– Но у Матрицы в раздевании есть тридцать процентов, ты сам говорил, – скептик цепкий, ничего не скажешь.

– Да, в скидывании одежд со стороны Матрицы работает «отцовский» принцип.

– Как это?

– Отец уступит ребенку в его сильном желании чего-то, даже если это что-то противоречит отцовским понятиям, но ведет к росту (например, карьерному) отпрыска.

– Значит, по-настоящему, остается только Человек?

– Да, душа. Ее неупокоенность, поиск Истины, то свербящее где-то в глубине чувство, зовущее к изменениям, к внутреннему движению, к обнажению сердца. Смирительная рубаха с пуговицами на спине легко срывается… смирением. Не имеет смысла сдерживать того, кто смирен, спокоен и осознан сам собой.

Скептик разинул рот в намерении поумничать, но дверь палаты распахнулась, вошел доктор, присел на краешек единственной в этих белых стенах кровати и елейным голосом произнес:

– Пора принимать микстурку, милейший.

Клоун всегда одинок

Кто самый главный на манеже?

Тот, кто в руках страховку держит.

Клоун не любил свою работу. Пять дней в неделю, казавшиеся вечностью, он мучительно придумывал новые шутки, ужимки, гримасы, кувырки и падения. Но когда шутишь, нарочно спотыкаешься и льешь неправдоподобные слезы всю жизнь, то через напускную веселость просвечивает внутреннее раздражение, флик-фляки причиняют нестерпимую боль в суставах, а вода, бьющая фонтаном из глаз, становится соленой. Вечность Клоуна завершается двумя выступлениями.