Черный цветок

Просила… тебя привести, – старушка попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой и горькой. – Чай скучает.

За спиной девочки появилась молодая женщина лет тридцати, а следом в сени попытались выскочить двое полуторагодовалых мальчугана.

– А ну в хату! Кому сказано! – нарочито крикнула на них мать и те юркнули за дверь. – Томачка, подожди с ребятами, – обратилась она к девочке, но та, обернувшись, нахмурилась.

– Иди, иди. Одевайся, – напомнила старушка, опускаясь на деревянную лавку у широкого окна.

Услышав это, девочка улыбнулась и скрылась в глубине дома.

– Так ведь… – не понимая, возразила молодая женщина и намекающе качнула головой.

– Сказала привести, – старушка развела руками и опустила голову, словно была в чем – то виновата.

Молодая собеседница хотела сказать что-то еще, но словно догадавшись о чем- то, прикрыла ладонью рот и села рядом с матерью. Так они и сидели молча пока в сенях, снова не появилась девочка.

Она заплела ранее растрепанные длинные волосы в аккуратную косу, надела белое платье в мелкий цветочек, поверх которого накинула трикотажную кофточку.

Белые колготки и черные школьные туфельки, потому – что других не было, дополняли образ прилежного ребенка.

Радостная улыбка на лице и можно было подумать, что девочка собралась на праздник. Тома бросила на себя оценивающий взгляд, а затем перевела его на пожилую женщину.

– Вижу, что готова. Ну… пойдём.

Тридцать минут медленного ходу с одного конца деревни в другой, казались Томе целой вечностью. Она, то и дело, вырывалась вперед, но тут же останавливалась, чтобы подождать пожилую женщину.

В глазах девочки горело желание быстрее дойти до места, но привитое с рождения уважение к старшим, заставляло найти в себе силы и набраться терпения. Если бы только ей разрешили, она бы со всех ног помчалась к родному дому, но раз бабушка сказала привести. Значит, так надо.

То, сжимая крепче, то делая хватку слабее, девочка вцепилась в руку провожатой и до самой калитки не отпускала. Показывая свое послушание и выдержку, хотя этого и не требовалось.

Оказавшись у двери, она подняла глаза на старушку и, получив удовлетворительный кивок, рванула вперед, преодолевая последние метры, разделяющие ее и бабушку.

Подбежав к кровати, девочка резко остановилась, но помедлив минуту, прильнула к женщине и крепко обняла.

– Ну, ну! Будет. Лучше присядь напротив, чтобы я могла тебя видеть.

Тома отстранилась и уверенно кивнула. Она знала, что темнота не в силах им помешать.