Теория точного выстрела… или Записки ветерана Куликовской битвы

Вполне возможно он просто увидел человека, который сгибался под тяжестью трех чемоданов, и захотел ему помочь.

Возле машины толпилась молодежь, которая дружно поприветствовала подошедших парней, а те обратились к тренеру.

– Здравствуйте, Серафим Георгиевич!

Так Сергей Павлович узнал имя тренера. Затем он просто подошел к своей машине, увидел занятого делом человека. Предложил помочь и тот не отказался.

– Меня, кстати, Сергей зовут, – протянул руку Сергей Павлович и ощутил крепость руки тренера.

– Серафим, – бросил в ответ тренер, явно давая понять, что узнал в нем вчерашнего посетителя директора, который зашел вслед за ним в кабинет, и не верит в длительное знакомство. Мол, ко мне многие приходят, да не многие остаются. А всех не упомнишь.

Это вызвало у Сергея Павловича волну неудовольствие, как же так им пренебрегли и одновременно породило еще больший интерес узнать своего визави поближе.

Он предложил Пьеру Ришару свою помощь.

Затем помог дотащить чемоданы сначала до порога спортивного комплекса и дальше, минуя охрану Петровича, поднялся на лифте для простых смертных, то есть с остановками на всех этажах, до дверей тира на третьем этаже.

Глава 1

– Можно посмотреть на тренировку? – попросил осторожно Сергей у Серафима в лифте.

Тренер искоса посмотрел на него.

– Охотник что ли? Или по приколу?

– Интересно просто.

– Кого-то хотите привести? – продолжил допытываться Серафим и тут же разъяснил, – если ребенок, то занятия с двенадцати лет.

– Просто интересно, – пожал плечами Сергей Павлович. – никого не хочу.

– Смотри, – разрешил Серафим и добавил, – под стрелы только не лезь.

Все что было дальше, совершенно не походило на то, к чему Сергей привык с детства. Всю жизнь его учили с пиететом относится к борцовскому ковру, и у него просто волосы дыбом встали, (ну то что осталось на голове, конечно), когда увидел как стрелки ходили по ковру в спортивной обуви, не разуваясь.

Он просто на метафизическом уровне ощущал, что Александр Карелин, смотрящий с огромного плаката на все это святотатство, вместе с ним рыдал горючими слезами.

Сергей не смог себя пересилить и разулся. Оставшись в одних носках, прошел в зал. Серафим покосил на его пальцы, вздохнул, обсуждать эту тему с незнакомым человеком, ему не хотелось, поэтому промолчал.