Колье с лукавой змейкой

– Почему вам так мало суточных выдают? – спросил он, убирая в хозяйственную сумку скромный выигрыш.

– Сколько положено по закону, – ответил командировочный, не отрывая трагического взгляда от карт.

– Что за формальный подход? Руководство должно понимать: в командировке денег много не бывает. Вот даже в карты сыграть. А о том, сколько положено по закону, пусть судьи думают, у низ работа такая. Хотя, – погрустнел Нырок, – иногда меня тоже занимает подобный вопрос. Вскрываемся? – надоело ему наблюдать за передвигаемой по столу чашкой.

Командировочный медленно выложил карты.

– А что у вас? – спросил он с надеждой.

Нырок открыл комбинацию.

– Очки теперь тоже мои, – сказал он, забирая из «банка» солнцезащитные очки.

Вцепившись в чашку, командировочный закружил ею по скатерти.

– Сыграем ещё! – проговорил он.

– Так у вас ничего нет.

– Есть, – полез в кейс командировочный. – Вот, бритвенный прибор.

– Пользоваться чужими бритвенными приборами негигиенично, – сказал Нырок. – Девушка! Мне, пожалуйста, счёт за обед.

Убрав бритву, командировочный поплёлся к выходу.

– Подождите!

Пошарив в хозяйственной сумке, Нырок догнал командировочного.

– Это туалетное мыло с запахом фиалки. Мелочь, но в командировке пригодится.

Расплатившись с официанткой, Нырок тоже собрался уходить.

– Э! – окликнули его от столика, где сидели трое бандитов.

К Нырку обращался тот, который был мордатый и пузатый.

– А ты, я вижу, в картишки хорошо играешь?

– Я? – остановился Нырок. – Нет, попутчик в автобусе сегодня научил.

– Может, перекинемся? У меня как раз есть время. Есть у нас время, Умник? Босс не звонил? – обратился мордатый и пузатый к спутнику с бакенбардами, одетому в модную рубашку.

Умник сидел, чему-то усмехаясь, и, вообще, производил впечатление чувака, глядящего на всё, что происходит, пренебрежительно, свысока.

– Не звонил! Время есть! – проглотив спагетти, ответил за Умника третий из компании – атлет и по виду полный болван, которых в среде криминальных личностей называют «быками».

– Тебя кто спрашивает, Чугун? – одёрнул его мордатый и пузатый. – Я Умника спрашиваю.

Умник ухмыльнулся с таким видом, будто какой-то неуч полез вместо него защищать диссертацию. И только после того, как Чугун вернулся к поеданию спагетти, счёл для себя возможным изречь:

– Босс не звонил.

– Значит, время есть, – сказал Нырку мордатый и пузатый.