Спорт как опиум для народа

Игры в честь его триумфов, как и сами триумфы, были постановочными шоу небывалого размаха. Намеревался он построить и огромный театр, который превзошел бы театр Помпея.

В 46 г. до н. э. для народа были устроены скачки на колесницах, за играми атлетов и поединками гладиаторов последовала пятидневная травля зверей, в которой участвовало 400 львов, буйволов и, по некоторым свидетельствам, даже жираф. Была показана битва двух полков по 500 пехотинцев, 20 слонов и 300 всадников с каждой стороны. Для морского боя с участием нескольких кораблей было выкопано озеро на Кодетском поле.

Светоний отмечал: «На все эти зрелища отовсюду стекалось столько народа, что многие приезжие ночевали в палатках на улицах. Были зафиксированы случаи давки».

Октавиан Август вывел зрелища на совершенно новый уровень. «В отношении зрелищ он превзошел всех предшественников: его зрелища были более частые, более разнообразные, более блестящие» (Светоний). При Октавиане в Риме появился первый каменный амфитеатр – амфитеатр Тавра.

Он же достроил театр Марцелла, начатый еще Цезарем. Этот театр считают прообразом Колизея.

На празднествах в честь освящения храма Марса в боях с гладиаторами было убито 36 специально доставленных из Египта крокодилов. Сам Август писал об устроенных им играх так: «Трижды гладиаторские игры я дал от моего и пять раз от имени моих сыновей и внуков, в каковых сражались около десяти тысяч человек. Дважды зрелище атлетов я предоставил от своего имени и в третий раз от имени моего внука.

Игры устраивал от моего имени четырежды, а через других магистратов – 23 раза. Травли африканских зверей в амфитеатрах я дал 26 раз, для которых было доставлено зверей около трех с половиной тысяч. Зрелище морского сражения народу дал за Тибром, на каковом месте теперь находится роща Цезарей, выкопав землю в длину на 1800 футов, а в ширину – на 1200 футов».

Бои гладиаторов Августом были фактически монополизированы. На устройство остальных игр действовали ограничения, от которых Август обычно получал освобождение специальными постановлениями сената.

Игры, которые он устраивал от своего лица или от лица членов своей семьи, отныне были самыми дорогими и масштабными.

Толпы практически безработных людей, получавших довольствие от государства, находили себе в зрелищах утешение. Организованный императором, а позднее – главным сенатором досуг, становился их образом жизни. На играх они сполна выплескивали свои эмоции и страсти.