Лети высоко! Жизнь как молитва

Стоять перед Всесвятым Богом, Который весь свет, чистота, любовь, правда… стоять не в брачных белых одеждах, производя вонь и смрад, было выше моих сил, и я сделал шаг назад и сказал то, что сказал: «Отойди от меня, Господи, ибо я человек грешный, очень грешный».

Я переживал глубокую печаль, но в этом переживании не было отчаяния, которое опускает руки. Печаль была растворена надеждой, надежда рождалась не во мне, а приходила от Него, от Бога. В своем отчаянном духовном тупике я, как и апостол Петр, воскликнувший когда-то с жаром: «Да кто же может это понести?» – услышал мягкий кроткий голос Христа: «Человекам это невозможно.

Богу возможно все».

Он показал мне направление, путь, приводящий снова в эту точку бытия, преодолеть которую моему грешному ничтожному человечеству оказалось невозможно.

Вступая на этот путь к Нему, я соглашаюсь на страшное сошествие во ад, ад моего ничтожества. Я должен согласиться открыть свой срам до самых глубин перед Ним и перед самим собой.

Но даже этого я не могу сделать без Него. Глубина сердца смотрит мне в глаза непроглядной чернотой. Я не вижу самого себя, и тогда Спаситель опускается со мной, как Свет, освещая все мрачные закоулки моего бедного сердца. Свет во тьме светит, и тьма не объяла Его. Глубокое мрачное разочарование рождает крик. Это не я, не может быть, я не такой. Гордость натягивается, как струна, которая вот-вот лопнет, рождая неимоверную боль, разочарование. Как я мог, как я могу, как я теперь смогу любить себя таким?

Человекам это невозможно.

Богу возможно все. Я твой Бог, Я люблю тебя даже таким, каким ты увидел себя сейчас.

Слезы блудного сына, уткнувшегося в отцовские колени, одновременно и жгут и греют меня.

Господи, что я должен сделать, чтобы вернуться?

Начни с нуля, согласись стать рабом, считая себя недостойным сыновства. И тогда Я Сам выйду тебе навстречу, возьму под руку и введу в Царство.

Верую, Господи, помоги моему неверию.

И да будет так.

* * *

Незадолго до Своих страшных страданий Господь на Тайной Вечере говорит ученикам: «Истинно, истинно говорю вам, один из вас предаст Меня». На что апостолы отвечают, как дети, в которых не было лукавства, и это было их главным достоинством, еще не мужественных, не мудрых, не просвещенных Духом Святым, большей частью косноязычных, – тогда у них было это сокровище, к которому прибавилось все остальное, – их искренность.