Встреча с аналитиком. Феномен переноса и реальные отношения

в Берлине были опубликованы результаты исследований по этой теме юнгианских аналитиков[2 - См.: R. Blomeyer and Hans Dieckmann, “Die Konstellierung der Gegenubertragung beim Auftreten archetypischer Traume”.]. Но в основном юнгианских психологов значительно больше интересует материал, в котором проявляется содержание бессознательного (сны, рисунки и т. п.), чем отношения аналитика и пациента.

Отчасти это можно объяснить тем, что, вероятно, после своего разрыва с Фрейдом в 1912 г. Юнг считал, что отношения переноса не имеют особого значения.

Можно найти несколько его высказываний, которые, казалось бы, свидетельствуют о том, что он вообще отрицал важность этого феномена. В основном эти его взгляды нашли отражение в лекциях, прочитанных в Тавистокской клинике в Лондоне в 1935 г. Там, в частности, говорится:

Перенос всегда является помехой; он никогда не приносит пользы. Вы лечите вопреки переносу, а не благодаря ему…

Есть перенос или нет, он никак не влияет на процесс лечения… Если переноса нет – даже лучше.

Вы все равно получаете тот же самый материал. Вовсе не перенос дает возможность пациенту продуцировать материал; весь материал, который только можно пожелать, содержится в сновидениях. Сны дают все, что необходимо[3 - Jung, “The Tavistock Lectures” in Symbolic Life, CW 18, pars. 349, 351.].

Здесь Юнг явно перегнул палку, в чем можно убедиться, познакомившись с его более поздними и более объективными высказываниями. Действительно, мы вскоре убедимся в том, что перенос может непосредственно влиять на сны, если не на их содержание, то, по крайней мере, на способ их интерпретации и интеграции послания, которое в них содержится.

Замечания Юнга в Тавистокских лекциях следует понимать в их контексте. Он хотел продолжить обсуждение материала сновидений и его амплификацию, а его аудитория в основном состояла из врачей, желавших узнать его точку зрения на перенос. Мы можем почувствовать в его словах некоторое скрытое раздражение, когда он соглашается обсудить «полуреальные, полуболезненные и даже трагические проблемы переноса»[4 - Ibid, par.

306.], но он все же продолжает лекцию и делает ряд важных замечаний.

Одна из его главных идей заключается в том, что перенос следует рассматривать как дефицит реальных человеческих отношений, «затруднения в установлении контакта, достижении эмоциональной гармонии в отношениях между врачом и пациентом»[5 - Ibid, par. 331.].