О чем молчат предки

Двое, стоящие рядом, подошли к лежащему и устремили свой взгляд на него с большой грустью.

Все это происходило как в замедленной съемке. У меня возникло впечатление, что пространство стало плотнее. Никто из зрителей не шевелился, даже дети. Все затаили дыхание. Все люди казались завороженными, пока, как по команде, три женщины, сидевшие в толпе, не поднялись со своих мест и, плача, не бросились на хакима, который изображал мертвого. Одна из них схватила его пятки, другая сжала его ладони в своих, а третья, закрывая лицо руками, склонилась к его голове.

В то же самое время я увидел, что мужчина вытащил большой кусок ткани из кармана и использовал его как носовой платок, промокая им глаза, переполняемый эмоциями при виде спектакля, причиной которого он был. На несколько минут, в течение которых время как будто застыло, все главные герои в кругу продолжали свои движения, пока снова не прозвучал голос мастера. «Алла Ху», – снова воскликнул он, поднявшись со своего места.

Мастер вошел в центр круга, подавая знак всем, кто стоял на коленях или лежал, одному за другим подняться, выпрямляя тех, кто склонился, призывая обратно хакима, который покинул зал, и собирая всех в круг, где все участники сцены, свидетелем которой я только что был, взяли друг друга за руки.

После того как все собрались вместе, мастер в центре внутреннего круга произнес какое-то слово. Все стоящие в кругу опустили глаза вниз и запели вместе с ним «Алла Ху, Алла Ху, Алла Ху».

Их лица осветились внутренним светом, как если бы они неожиданно наполнились глубокой радостью.

И в самом деле, они начали смотреть друг на друга, улыбаться, как будто проблема была решена. Мастер сделал жест по направлению к мужчине, который сидел рядом с ним, приглашая его занять место одного из хакимов, вернувшегося на свое место на одной из вершин эннеаграммы. Мужчина, все еще заметно волнуясь, вошел в круг, и его переполнила энергия радости, грусть уступила место ясному спокойствию, и его лицо засветилось. Голос мастера прозвучал еще раз, все замолчали, и, подав знак, он открыл круг.

Все вернулись на свои места: хакимы на окружность эннеаграммы, три женщины на свои места у стены и мужчина к месту рядом с мастером, который произнес в его сторону еще несколько слов. Мужчина склонился перед Мастером, взял его руку в свою, поцеловал и поднес ее ко лбу. Мастер полным любви жестом возложил свою другую руку на его голову. Затем, слегка сжав его плечи, поднял его и сделал знак вернуться на свое место у стены.