Лилии полевые. Крестоносцы

 – Люблю, когда лампадочка горит перед иконой! Этой радости я уж, конечно, не ожидал. Спасибо, отец эконом! – и новый ректор, обняв правой рукой диакона, поцеловал его в щеку.

Диакон моментально смахнул рукой скатившуюся слезу и растроганный пошел показывать другие комнаты.

Обстановка везде была приличная: зеркала и даже комнатные цветы на полу в больших кадках. В уютной спальне опять оказалась горящая лампада перед образом Богородицы.

Помолившись перед иконой, отец Агапит снял клобук и положил его на угольничек.

– Вот и дома! – произнес он.

– Рядом вот столовая, Ваше Высокопреподобие, – пригласил отец эконом. – Пожалуйста.

Здесь был накрыт стол с холодными закусками и весело шипел небольшой самоварчик, а рядом с ним стоял начищенный кофейник. Было тепло и уютно.

– Ну, отец эконом, Вы решительно сказочник! – поблагодарил удивленный отец Агапит. – Жить рядом с Вами, очевидно, будет очень хорошо.

– Дай Бог благополучно и счастливо послужить с Вами, – поклонился эконом.

 – Что не досмотрим, уж извините нас и научите.

И эконом, благословившись, откланялся.

«Хороший, сердечный эконом, – оставшись один, думал отец Агапит, – а вот инспектор мне не понравился. Должно быть, он не последняя из причин бывших здесь волнений семинаристов».

***

– Нуте-ка, нуте-ка… Милости просим, новый устроитель семинаристов!

Такими словами встретил на другой день отца Агапита благодушный владыка Н-ской епархии, епископ Нифонт. – Благо, каникулы и укрощать-то теперь некого.

Вы много выиграли, потому что раньше займете позицию и сами будете встречать семинаристов, а не семинаристы Вас, – шутил владыка. – Это много значит! Бунтуем, вот ведь что! – беспомощно развел руками владыка, кряхтя и усаживаясь в глубокое кресло. – Разберитесь Вы, пожалуйста, и направьте дух семинарский в тихое русло, а то так бывает тяжело от этих неурядиц, что и сказать не умею. Жаль юношества! Много хороших ребят гибнет ни за что. Я надеюсь на Ваше доброе сердце. Надо больше разумною ласкою действовать, а ее-то у нас и не было.

Владыка печально наклонил голову и тяжело вздохнул, а затем, многозначительно посмотрев на отца Агапита, снова продолжил:

– Своих взглядов на семинарских деятелей высказывать Вам не буду. Как Вам там действовать, советы давать тоже не буду – не нахожу полезным, чтобы готовыми мнениями не испортить Ваши начинания и действия. Свежий ведь человек всегда вернее видит положение дела.