24 секунды до последнего выстрела

Он заулыбался, довольно прищурился и спросил:

– Итак, скажи мне, Себастиан, почему ты так упорно отказываешься называть меня по имени, несмотря на мои просьбы и прямые приказы?

Лучше бы спросил, на скольких девчонок из школьной команды по волейболу у него стоял, он бы даже постарался вспомнить поимённо.

– Я люблю субординацию, – сказал Себ, немного подумав, – мне с ней привычно и удобно.

– А ещё она позволяет держать дистанцию… – с придыханием проговорил Джим, – о да, мой дорогой, в первую нашу встречу ты всем богам молился, чтобы видеться со мной как можно реже… Ты и до сих пор этого хочешь.

Играем в честность, значит?

Себ выдержал его пристальный взгляд и сказал:

– Да, сэр.

Хотя, надо сказать, это была полуправда. Джим и пугал, и временами раздражал, его увлечение наркотиками откровенно бесило, но всё-таки Себ к нему привык. Его задания щекотали нервы, а сам разрушал утомительную рутину. Пожалуй, если бы он внезапно исчез, Себ начал бы скучать.

Конечно, Джим это прочитал моментально, судя по смеху.

– Ты немного жульничал, дорогой… Но заслужил свой вопрос.

Только вот спрашивать ему было нечего. Дела Джима его не касались, самостоятельно лезть в чьи-то криминальные разборки – он не дурак. Спрашивать о личности самого Джима? Так не ответит или ещё больше запутает. К тому же, не нужны ему чужие тайны.

– Фоули – это ненастоящая ваша фамилия, да? – спросил Себ первое, что пришло в голову. Хитро улыбнувшись, Джим сказал:

– Да, ненастоящая, – фыркнул и добавил: – Учись формулировать вопросы, детка.

– Один или в паре. В группе – только в Ираке пару месяцев.

Пусть наслаждается честным ответом. Кажется, Джим оценил и сделал приглашающий жест. Подбодрил:

– Ну же, не стесняйся! И не делай глупостей.

Себ привычным движением потёр переносицу. Знать бы, чего Джим от него хочет. Какой вопрос сочтёт достойным? Поймав насмешливый взгляд, Себ разозлился и спросил решительно:

– Вы сами убивали, сэр? Когда-нибудь?

Джим расхохотался до слёз.

– Недурно, и очень метко, мой дорогой стрелок. Нет, Себастиан. Я не люблю пачкать руки.

Себ точно не смог бы объяснить, почему, но от этих слов ему стало не по себе. Джим прикрыл глаза.

– Однажды… – тихо сказал он, – я почти это сделал. В последний момент подвернулся тот, кто всыпал яд. Но я дал его. У меня тряслись руки.