24 секунды до последнего выстрела

К счастью, тема забылась, когда принесли еду и напитки.

***

С дочкой и бывшей женой Себ провёл весь день до позднего вечера, отвёз их обеих домой, поужинал и сам уложил Сьюзен спать. Когда она засыпала под «Сказки дядюшки Римуса», сонно бормоча что-то про глупого Лиса и умного Кролика, Себ вдруг отчётливо вспомнил утреннее собеседование. Тогда его несильно это зацепило, но сейчас он ясно ощутил угрозу в словах Джима Фоули про «малютку Сьюзен». Конечно, утаить бывшую жену и ребёнка, рождённого в законном браке, очень сложно, особенно от таких парней.

Но какое Фоули дело до жизни Себа? Он ведь так, не более, чем инструмент. Его нет смысла запугивать или шантажировать. Фоули это точно без надобности. Тем не менее он потрудился запомнить имя Сьюзен и даже как-то узнал, что Себ собирался увидеться с ней после собеседования – что уже совсем непонятно.

«Хорош, приятель. Это паранойя», – осадил себя Себ. Скорее всего, у мистера Фоули такая манера демонстрировать свою осведомлённость. Хвастается работой службы безопасности или думает, что это делает его круче.

Убедившись, что Сьюзен крепко спит, Себ спустился в гостиную и принял от Эмили чашку крепкого чая. Свой отцовский долг он выполнил, больше ничто в доме его не держало, но он сел на диван и прикрыл глаза. У Эмили было хорошо. В конце концов, именно это место он называл своим домом достаточно долго, и оно явно больше подходило на эту роль, чем та съёмная дыра, где он останавливался в Лондоне в последние несколько лет.

– Чем займёшься? – спросила Эмили, садясь, тоже с чашкой чая, на другой конец дивана.

– Нашёл кое-чего. Работа в охране, – в конце концов, именно это и было написано в договоре: «Менеджер по безопасности», – платить обещают нормально.

– Я не сказала спасибо за деньги, кстати. Это много, Басти. Ты уверен, что тебе не нужно?..

– Уверен.

Вообще-то, он собирался перевести Эмили ещё. Минимум половину того, что заработал в Бирмингеме.

– Пока… – Эмили улыбнулась, – не встретил кого-нибудь?

Она спрашивала его об этом каждый раз на протяжении последних четырёх лет.

Переведя на неё взгляд, Себ улыбнулся. Эмили была хорошенькой в восемнадцать, когда они встретились впервые. Она была очаровательна в двадцать, когда они поженились. Её красота не потускнела за время беременности и окончательно распустилась, когда Эмили взяла на руки Сьюзен. В тридцать она была значительно красивее, чем при их первой встрече – а ведь тогда Себ натурально потерял голову.