Навстречу Христу. Сборник статей

Во многих его стихах звучит мелодия, навеянная гераклитовским «все течет».

Какое преимущество между сгнившими?

Тот же прах, те же кости —

и герой Атрид и нищий Ир,

царь Константин и мой служитель,

и кто злострадал и кто благоденствовал,

у всех нет ничего, кроме гробов[6 - Там же. С. 47.].

Настроение, родственное настроению Экклезиаста, было не бесполезно для св. Григория. Оно окончательно решило его судьбу. Из двух путей он выбрал тесный и скорбный путь подвижничества, чтобы тем самым победить зло, которое проклятием тяготеет над миром.

Он понимал, что только у ног Христа может найти настоящий покой страждущая душа, он чувствовал, что только Спаситель властен остановить бурю противоречий и страдания. Что такое жизнь без Света Божия? Св. Григорий рисует ее образ в стихотворении «Жизнь человеческая».

Эта краткая и многообразная жизнь

есть какое-то колесо,

вертящееся на неподвижной оси,

и хотя представляется

чем-то неподвижным,

однако же не стоит на месте…

Посему ни с чем лучше нельзя сравнить

жизнь,

как с дымом или сновидением,

или полевым цветком[7 - Там же.

С. 123.].

Но самое замечательное произведение ев. Григория – поэма «О человеческой природе». Здесь тема «свет во тьме светит» достигает своего наилучшего выражения. Св. Григорий сначала бесстрашно опускается в черную мглу пессимизма, а вслед за этим указывает заблудившейся и истомленной душе «Путь, и Истину, и Жизнь».

Вчера, сокрушенный своими скорбями,

сидел я один вдали от людей

в тенистой роще и снедался сердцем.

Ветерки жужжали и вместе

с поющими птицами

с древесных ветвей ниспосылали

добрый сон

даже и слишком изнемогшим духом.

А на деревах, любимцы солнца,

сладкозвучные кузнечики

из музыкальных гортаний оглашали весь лес

своим щебетаньем.

Неподалеку была прохладная вода и,

тихо струясь по увлажненной ею роще,

омывала мои ноги.

Но мною так же сильно, как и прежде,

владела скорбь.

Ничто окружающее не развлекало меня,

Потому что мысль, когда обременена

горестями, нигде не хочет встретить

утешения…

Кто я был? Кто я теперь? И чем буду?

Ни я не знаю, ни тот, кто обильнее меня

мудростию…

Далее ев.

Григорий дает самую мрачную картину человеческой жизни, не останавливаясь перед жестокими выражениями и страшными образами. Но в конце концов он побеждает печаль и, обращаясь к своей душе, говорит:

Все ниже Бога. Покорствуй слову.

Не напрасно сотворил меня Бог.